Влажная повесть

Тема в разделе "Эротические рассказы", создана пользователем yugcat, 26 авг 2009.

  1. yugcat

    yugcat Форумчанин

    Я учился уже в шестом классе, а тетя Катя - для меня тогда - просто Катька - в третьем. У меня как раз наступил так называемый период полового созревания. Ну, то есть, я очень стал интересоваться тем, что у меня между ног происходят некоторые изменения. Во-первых, стала все больше и больше стягиваться кожа с головки члена, во-вторых, стали расти реденькие волосики на лобке, но самое главное - мне стало очень приятно играть своим членом, думая при этом о девочках. Это, конечно, не очень хорошее занятие, я уже говорил тебе, но для мальчиков оно не так опасно - практически все мальчишки прошли через это. Я ложился спать и сразу стаскивал с себя под одеялом трусы. Брал пальцами свою маленькую пипку и начинал ее нежно поглаживать. Затем, когда она чуть "подрастала", я двумя пальцами осторожно стягивал кожицу с головки и снова натягивал, стягивал-натягивал, стягивал-натягивал... и так до тех пор, пока пенис мой не деревенел, вытянувшись во всю длину. Тогда я ложился животом вниз и уже всем телом имитировал половой акт с... матрацем. Да-да, не смейся, я представлял, что подо мной - девчонка из нашего класса, или соседка со двора, или... Катька. Пенис терся о простыню - и это было блаженство! А потом наступало такое мгновение, когда у меня вдруг сладко-сладко перехватывало дыхание, и член начинал дергаться. Он дергался сам по себе, как живой, а я, водя по нему вверх-вниз неплотно сжатой ладонью, испытывал доселе неведомое мне наслаждение! Теперь и ты знаешь, что это называется "оргазм". Тогда я этого не знал. Поначалу оргазм происходил у меня без семяизвержения - сперма просто еще не вырабатывалась в юном организме. Но однажды пришел тот день, или точнее - ночь, когда у меня произошла первая эякуляция. Это была всего одна маленькая капля, но как же я испугался, почувствовав ее на своей ладони! Я почему-то подумал, что это из пениса пошла кровь, потому что то, что я делаю - вредно и опасно. Я зажег настольную лампу и протянул к ней ладонь. Уф! Это была не кровь! Но это была и не моча, как я тоже было подумал. Жидкость была белесой и густой. Я успокоился, и продолжал свои "упражнения" почти каждую ночь. Теперь я кончал уже постоянно.
    Я ведь в детстве жил в городе, ты знаешь, и вот однажды сидя в ванне пока набиралась вода, я играл со своим членом. Надо сказать - играть с ним под одеялом в темноте и полностью открытым при ярком свете - совершенно разные вещи! Там - только ощущения и грезы, здесь - еще и зрительное наблюдение. Как мне казался красив мой торчащий пенис с обнаженной головкой! И как же мне захотелось, чтобы это увидел кто-нибудь еще! Разумеется, девчонка! "А что, если показать его Катьке? - подумал я. - А заодно попросить ее показать мне свою пипку?" От этой мысли я даже кончил, и струйка спермы, извиваясь в прозрачной воде как живая, стала медленно опускаться на дно ванны.
    Наши с Катькой кровати стояли рядом, изголовьями друг к другу. Когда мы легли в тот вечер спать, то, как обычно перед сном, начали трепаться шепотом обо всем понемногу. Катька как раз рассказала, как они классом ходили в тот день первый раз в бассейн.
    - Там надо сначала принять душ, а потом уже идти в большой зал, где вода, - сказала Катька. И я понял, что можно удачно перевести разговор в нужное мне русло.
    - Вы сразу всем классом принимали душ, вместе с мальчишками? - прикинулся я дурачком.
    - Ты что, мы же там раздевались догола! - возмутилась Катька.
    - Ну и что? - как бы не понял я.
    - Они же увидят! - страшным шепотом сказала Катька.
    - Что увидят-то? - продолжал играть я начатую роль.
    - Наши... пипки! - еле слышно прошептала сестра.
    - А что в этом такого? - начал я Катькину обработку. - И потом, вы ведь тоже увидите у них! Разве тебе не интересно?
    - Интересно, - выдохнула Катька, и я понял, что ей действительно это интересно.
    - А ты никогда что ли не видела пипку у мальчика? - спросил я.
    - Нет, конечно!
    - А хочешь?
    - Да... - чуть слышно шепнула сестренка.
    - Хочешь, я покажу тебе свою? - спросил я и замер. По мне даже мурашки побежали.
    - Да... - снова шепнула Катька.
    - А ты мне свою покажешь?
    - Покажу, только сначала ты...
    Я побоялся включать свет, так как родители могли зайти и поинтересоваться, почему мы не спим. Поэтому я достал из письменного стола свой фонарик и снова юркнул под одеяло. Я приспустил трусы до колен, заметив при этом, что член мой уже "в боевой форме". Я включил под одеялом фонарик, приподнял одеяло и прошептал пересохшими враз губами...
    - Смотри!
    Катька перегнулась через спинки кровати, благо они были невысокими, и задышала над самым моим ухом.
    - Ух ты! - зашептала она. - Какой красивый! Большой!
    - Хочешь потрогать?
    - Угу!
    Катя протянула руку и очень-очень осторожно коснулась моего пениса.
    - Не бойся, трогай смелее!
    Я даже чуть подался к Катьке, чтобы ей было удобней. Она обхватила мой член ладошкой и стала бережно его ощупывать. Она поднялась до самой головки и, коснувшись ее, сказала...
    - Ой! А тут мягко!
    - Это называется головка члена, - сказал я.
    - А посередке у нее - как моя пипка, только маленькая, - хихикнула Катька.
    Это дало мне повод напомнить о Катькином обещании.
    - А какая у тебя? - спросил я. - Покажи.
    Сестренка с явной неохотой выпустила мой пенис из ладошки и тихо спросила...
    - А ты не будешь смеяться?
    - Над чем? - не понял я.
    - Ну, у тебя вон какая красивая пипка, а у меня... как у лошади!
    От такого образного сравнения я действительно чуть не рассмеялся, но сдержал себя и торжественно пообещал Кате не смеяться.
    Катька забрала у меня фонарик и юркнула к себе под одеяло. Там она завозилась, видимо снимая трусики, а потом прошептала...
    - Смотри!
    Я почти залез с головой к Кате под одеяло, повиснув животом на спинках кроватей. Катькины бедра ярко белели в свете фонарика. А там, где они смыкались, в самом низу живота, виднелся маленький бугорок, с щелочкой посередине. Эту темную щелочку создавали два продолговатых пухленьких валика, соприкасаясь между собой. У меня перехватило дыхание, бешено заколотилось сердце, а член, на который я так еще и не надел трусы, еще больше, кажется, вырос и глубоко вдавился в подушку.
    - Можно... потрогать? - запинаясь проговорил я, а сам уже тянул руку к волнующему Катькиному холмику. Я начал с бедер, медленно продвигая руку вверх, оттягивая удовольствие. Наконец, моя ладонь коснулась мягкого, но в то же время и упругого, теплого и нежного бугорка. Средний палец моей руки попал прямо в волнующую расщелину, где было как-то по-особому гладко и чуть-чуть влажно. Я повел палец вверх вдоль щелки и в самом ее верху уперся во что-то маленькое, но тверденькое, что на ощупь напомнило мне крохотный член. Это открытие так поразило меня! Никогда не думал, что у девчонок ТАМ что-то может торчать!
    Я возбудился настолько, что понял... еще чуть-чуть - и я кончу прямо в подушку, а этого никак нельзя допустить. Я с огромным сожалением оторвался от Катькиного холмика и быстро сполз в свою постель, размышляя, довести себя до семяизвержения самостоятельно, или предоставить это Катьке.
    - Ты чего? - удивленно спросила Катька. Она не поняла, почему я прекратил ласкать ее пипку и так поспешно ретировался.
    - Сейчас я покажу тебе самое интересное... - начал я, но тут дверь в нашу комнату неожиданно распахнулась, и послышался сердитый голос мамы...
    - Вы чего тут шепчетесь?! А ну-ка, живо спать! Завтра ведь в школу, опять вас не добудиться будет!
    Я аж чуть было холодным потом не покрылся, представляя, что было бы, если бы мама зашла в тот момент, когда Катька дрочит мой член! У меня этот самый член моментально съежился от одной такой мысли. И я сразу и окончательно решил для себя... заниматься подобными вещами с Катькой только в отсутствии родителей! И такой случай представился буквально на следующий день.
    Папа и мама после ужина стали куда-то собираться.
    - Мы пошли к тете Наташе, - сказала мама. - Придем поздно, так что сами ляжете спать. Но смотрите, чтобы в десять были в постелях!
    - Как же, лягут они в десять! - буркнул папа, надевая пальто.
    - Ляжем! - твердо и немного обиженно сказал я. - Что мы, маленькие?
    - Ну-ну, - снова пробурчал отец.
    Мама чмокнула нас с Катькой в щечки, обдав пряным запахом духов, и родители ушли.
    Мы остались с Катькой вдвоем! Я так мечтал об этом, и вот... Я не знал, что же теперь делать, с чего начать! Катька уселась играть со своими куклами, а я мотался по комнате, как неприкаянный, и придумывал, с чего бы начать разговор.
    Тут Катька оставила своих кукол и вприпрыжку побежала в туалет.
    - Ты куда? - спросил я, хотя это и так было понятно.
    - Писать! - ответила Катька, остановившись, и как-то странно посмотрела на меня, словно чего-то ожидая.
    - А... можно мне посмотреть? - неожиданно для себя спросил я.
    - Можно, - кивнула Катька и улыбнулась. Все-таки и она не забыла вчерашнего и ждала продолжения!
    Катя зашла в туалет, оставив дверь открытой. Я встал на пороге и во все глаза смотрел на сестру. Она приподняла подол платьица и быстрым движением сдернула до колен свои розовые трусики. Передо мной мелькнула ее заветная темная щелка, но Катька быстро села на унитаз. Я подался вперед. Сестренка медленно, как бы играя моим нетерпением, раздвинула ноги, еще выше задрала подол платья, и тут я увидел, как из ее раскрытой красной щелки, внутри которой оказались еще какие-то складочки, потекла тоненькая струйка. Затем струйка стала более твердой что ли, зажурчала как-то особенно мелодично, а потом опять стала ослабевать и, наконец, оборвалась - лишь несколько капелек выкатились напоследок из славной Катькиной пипки, и сестренка сразу вскочила, натягивая трусы.
    А я, пока смотрел на все это, почувствовал, что и сам безудержно захотел писать! Что ж, очень кстати!
    - Смотри, а теперь я! - сказал я, и вынул из штанов свой пенис. Он был сейчас маленьким и мягким, так как очень хотел писать, и Катька даже ахнула...
    - Ой! Какой маленький! Он же был вчера большой!
    - Погоди, будет еще! - "успокоил" я сестру и направил член в сторону унитаза.
    Я выдал такую мощную струю - куда там Катьке! А она смотрела на мое мочеиспускание так восторженно, словно я показывал какой-то невообразимый фокус!
    Наконец я стряхнул последние капли и... спрятал свою письку в штаны. В глазах Катьки застыло явное сожаление, словно я спрятал от нее интересную игрушку. Я не выдержал и рассмеялся...
    - Да не бойся, пойдем в комнату, сейчас что-то интересное покажу!
    В комнате мы встали напротив друг друга и я торжественно, как конферансье в цирке, произнес...
    - А сейчас вы увидите волшебное превращение! Быстрое увеличение части человеческого тела!
    С этими словами я медленно, как и подобает на представлении, стал раздеваться. Снял футболку, штаны, а затем, уже одним рывком, - трусы. Я стоял перед Катькой совершенно голый. Было как-то ужасно неловко стоять голым перед одетой сестрой. От этого неуютного ощущения член мой совсем скукожился, став маленьким и смешным.
    Катя в изумлении раскрыла рот...
    - Он совсем уменьшился!
    - Сейчас произойдет чудо! - продолжил я все в том же эстрадно-цирковом духе. - Великий фокусник Иван со своей ассистенткой Екатериной сделают его на глазах у почтенной публики!
    Публики, к счастью, кроме нас с Катькой, никакой не было, зато сама Катька спросила меня ошарашено...
    - А... что должна делать аси... аситенка?
    - Ассистентка должна раздеться! - провозгласил я.
    На Катьку так подействовало мое перевоплощение в конферансье и фокусника одновременно, что она мигом стянула с себя платье, оставшись в розовых трусиках.
    Мой пенис чуточку увеличился от этого зрелища, но все еще понуро висел между ног. Катька заметила это "волшебство" и снова раскрыла рот, ожидая продолжения.
    - Для полного увеличения части человеческого тела, - продолжал декламировать я, - ассистентка должна раздеться полностью!
    Катя недоверчиво глянула на меня, но все-таки стащила с себя трусики. Она стояла передо мной полностью голая, я видел ее всю целиком! Сисек, правда, у Катьки, к сожалению, еще совсем не было, зато щелочка, заветная моя мечта, четко темнела внизу живота, уходя вниз, под ляжки. Жаль, Катькины ноги были плотно сомкнуты! Но даже этого было достаточно, чтобы член мой стал стремительно набухать и подниматься. Катька ойкнула.
    - Раздвинь ноги! - просипел я уже совсем не по-цирковому.
    Катька раздвинула ноги в быстром прыжке. Да так широко, что маленькие губки ее полностью раскрылись, предоставляя моему взору таинственно блестевшую розовую сердцевину с небольшим отверстием посередине. А в самом верху раздвинутой щели, там, где сходились внутренние губки, что-то едва заметно выпирало. Тогда я еще не знал слова "клитор", но это было именно то, что удивило меня накануне.
    Вот тут-то мой член подпрыгнул на максимальную отметку! Он аж закачался, гордо устремив полуоткрытую головку в потолок.
    - Ну, как тебе фокус? - каким-то чужим, хриплым голосом спросил я у сестры.
    - Класс! - только и смогла вымолвить Катька.
    - А хочешь еще один фокус? - совсем уж осмелел я.
    - Конечно! А какой?
    - Ты уже видела, как я писаю. Но из моего члена может выходить и другая жидкость! Белая и густая, как сметана!
    - Как это? - удивилась сестренка.
    - А вот так! Но его нужно для этого хорошо ублажить.
    - А мне что для этого делать?
    - Подойди ко мне.
    Катя снова сомкнула ноги и подошла ко мне на полметра.
    - Мой член хочет потрогать твою письку! - сказал я и, чуть присев, поскольку Катька была меня, понятно, ниже, придвинулся к ней так, что головка моего члена уперлась в губки Катькиной пипки. По мне словно заряд тока прошел, настолько этот момент взволновал меня! Хотя это было всего лишь прикосновение!
    - Они целуются! - улыбнулась Катька, глядя вниз.
    Но мне было все же неудобно стоять вот так - вполуприсядку.
    - Давай ляжем на кровать! - сказал я.
    Нет, хоть я и был еще несмышленышем, я не собирался проводить с Катькой настоящий половой акт, лишать ее девственности. Я все же понимал, что этого делать нельзя. Хотя, я больше боялся тогда, что Катька забеременеет от меня, не зная, что в таком возрасте это практически исключено. Но я в любом случае не собирался вводить член в ее влагалище, собираясь только поелозить им вволю по Катькиной пипке.
    Катька легла на кровать, широко раскинув ноги - так непринужденно, словно сыграла в ней "генная память", словно она проделывала уже это десятки, сотни раз!
    Я склонился над ее животом, стремясь в непосредственной близи увидеть все красоты ее девичьего органа. О! Они действительно были прекрасны! Пухлые губки разошлись в стороны, а между ними розовели еще две губки, но уже гладкие и блестящие, и чуть сморщенные, как два лепестка розы. Они были тоже слегка приоткрыты, а между них, в самом низу, темнело отверстие. Оно было маленьким, но удивительно манящим, зовущим в свою непостижимую глубину. И вверху, довершая волшебную картину, теперь уже явственно выпирал как бы малюсенький пенис. Я поднес свою дрожащую руку к этому богатству, но только лишь коснулся влажных внутренних губок пальцами, как ощутил мощный прилив внизу собственного живота!
    "Сейчас ведь кончу!" - подумал я с ужасом и отпрянул от Катьки. Слегка отдышавшись и пересилив позыв к семяизвержению, я медленно стал приближать головку члена к Катькиной промежности. Вот, наконец, тонкая кожица головки коснулась атласного бутона Катькиной разверстой пипки. Я надавил, совсем чуть-чуть, и головка направилась прямо в загадочную дырочку, накрыв ее, словно пробка. Желание вдвинуть туда головку, а затем и весь член полностью стало таким непреодолимым и диким, что я чуть было не поддался ему, забыв обо всем на свете. Но Катька вдруг так громко засопела, почти со стоном, что я сразу опомнился и отдернул член. И вовремя! Тут же он, не выдержав безумного напряжения, задергался в пароксизме страсти, и на Катькин голый живот выплеснулась длинным жгутом белая струя спермы.
    - Ой! - завопила Катька. - Ой-ой-ой!!!
    А сперма лилась и лилась на нее. Это было первое мое столь продолжительное и обильное извержение!
    - Не шевелись! - крикнул я сестре, испугавшись, что сперма стечет с ее живота на покрывало кровати. Катька замерла, во все глаза разглядывая живой гейзер. Наконец, безумные толчки прекратились, и белесая жидкость, капнув еще пару раз на Катькин живот, иссякла.
    - Вот это да!!! - восторженно зашептала Катька. - А что это?! А почему?!
    Вместо ответа я побежал в ванную за тряпкой. Больше всего на свете сейчас я боялся, что неожиданно вернутся родители и застанут голую Катьку, заляпанную моей спермой! Я почему-то был почти уверен, что так оно и случится! Я трясущимися от ужаса руками намочил тряпку и бросился назад, в спальню. Катя все так же неподвижно лежала, поблескивая залитым спермой животом. Ноги ее по-прежнему были разведены, вся пипка была как на ладони, но почему-то сейчас мне не хотелось на нее смотреть. Я быстро стал вытирать сперму, но больше размазал, чем вытер. Пришлось сбегать прополоскать тряпку, вернуться, сбегать еще раз... Наконец Катька была чистой. Я, устало вздохнув, сел рядом с ней. Только сейчас я вспомнил, что по-прежнему голый. Катя уже не лежала, а сидела на кровати и во все глаза таращилась на мой пенис. Все же он произвел на нее впечатление! Хотя в тот момент он снова был маленьким.
    - А... можно мне его потрогать? - спросила Катя.
    Мне, честно говоря, уже не очень-то хотелось чего-либо подобного, точнее - совсем не хотелось. Но обижать сестру, подарившую мне такие счастливые моменты, тоже не хотелось. Да и страх перед возвращением родителей прошел так же стремительно, как и накатил. Времени только полдевятого! Да они раньше двенадцати ночи не вернутся ни за что!
    - Потрогай, - сказал я, раздвигая ноги.
    Член повис между моих ляжек маленькой сосисочкой. Катька взяла его осторожно двумя пальчиками и приподняла. Ее взору открылись мои слегка покрытые редкими волосиками яички.
    - А это что такое? - спросила Катька с интересом первооткрывателя.
    - Это яйца, - немного грубовато ответил я. - В них и вырабатывается та жидкость, что лилась на тебя из члена.
    - А зачем? - сверкнула глазками Катя.
    Ну, не знаю вот, почему не захотел я рассказывать ей про то, откуда берутся дети. Почему-то неприятна была мне эта тема в тот момент. Может, потому что я как раз и боялся беременности Катьки? Короче говоря, я отговорился незнанием.
    Впрочем, Катя, похоже, уже забыла о своем вопросе, потому что член мой в ее руке снова стал расти. Я устроился поудобней и сказал Катьке...
    - Води рукой вот так! - и показал ей, как именно нужно "обихаживать" мой член, а попросту говоря, "дрочить".
    Катька не очень умело, но старательно взялась за дело. Я вновь был наверху блаженства! Рука моя сама собой, непроизвольно, потянулась в Катькину промежность и легла на ее бугорок со щелью. Сестра тут же слегка раздвинула ноги, и моя ладонь сразу очутилась во влажной сердцевине девчоночьего органа. Я даже пару раз провел там вверх-вниз, и этого оказалось достаточно, чтобы я снова кончил. Катька не среагировала сразу, а я почему-то промолчал, не предупредив ее, и струйка спермы, гораздо слабее предыдущего потока, брызнула ей на руку.
    Катя поднесла руку к самым глазам, рассматривая мутные капли, а потом многозначительно произнесла...
    - А я, кажется, знаю, зачем эта жидкость! Из нее ребенок заводится!
    Ого, как оказывается много знала девятилетняя пигалица!
    - Для этого она должна попасть внутрь женщины, - недовольно буркнул я, но, опомнившись, вновь прикинувшись дурачком, добавил... - Наверное...
    Катька пальцем другой руки подцепила каплю спермы и, направив этот палец к своей щелочке, проговорила...
    - Сейчас мы это проверим!
    Меня чуть "кондрашка" не хватила!
    - Не вздумай! - заверещал я, хватая тряпку, все еще лежащую здесь, и вытирая Катькину руку и палец.
    - Я же пошутила! - засмеялась сестренка. - Что я, дура что ли?
    А ведь я так и не понял тогда, шутила она или нет, знала что-то об этом или случайно "дотумкала"!
    Вот таким был мой "первый опыт".
    - Но это же было просто детскими шалостями! - наконец не выдержала я, хотя уже чувствовала, как все стало уже просто мокрым между ног, а мой клитор требовал немедленной ласки.
    - В тот год да, - кивнул головой папа.
    - А дальше?
    - А дальше - Катька заболела. У нее был гнойный аппендицит - перитонит, слышала?
    Я не слышала такого слова, но все же кивнула утвердительно. А папа, как бы случайно положив свою руку мне в промежность, продолжал...
    - Она лежала в больнице месяц, если не больше. Да и потом, когда выписалась, ни о каких подобных играх речь идти уже не могла. Во-первых, Катьке было просто больно - шов на животе был огромным, - а во-вторых, родители окружили ее тройной заботой. Никаких одиночных походов в гости и прочих вольностей уже не было как минимум полгода. А нам этого времени вполне хватило, чтобы чуть-чуть повзрослеть, отвыкнуть от былых откровенностей... Короче говоря, мы снова стали обычными братом и сестрой, не вспоминая даже намеками о былых забавах...
    Но мы продолжали искренне дружить. И когда я приехал домой на каникулы после первого курса института, мама предложила нам с Катькой поехать на лето на Волгу, к тете Вале - папиной тетке. Поехать одним, потому что ни у мамы, ни у отца летнего отпуска в тот год не было. Надо ли говорить, как мы радовались! Первый раз - одним, без родительской опеки! Особенно этому радовалась Катька... я-то уже годик хлебнул "вольной жизни", а она только перешла в девятый класс.
    Тетя Валя - ты должна о ней помнить, я рассказывал - жила тогда в Тольятти, у самой Волги. Чудесное место для отдыха! У нее была маленькая дачка, скорее - просто сарай при огороде, куда и поселила нас тетя Валя. В этой хибарке была односпальная кровать, тахта и стол с одним стулом. А что нам было надо еще? Зато мы были предоставлены сами себе! Тетя Валя приходила днем полить огород, мы тоже пару раз в день ее наведывали, зато остальное время было нашим! Мы купались, загорали на Волге, объедались мороженным, развлекались на аттракционах, ходили в кино и на концерты! Но однажды...
    Короче, Катя спала, естественно, на кровати, а я - на тахте. Обычно мы просыпались рано, чтобы бежать сразу на пляж, а тут после какого-то позднего концерта, проснулись довольно поздно. Я еще валялся в постели, не в силах расстаться с остатками сна, а Катька уже вскочила и решила переодеться в купальник, не дожидаясь, пока я выйду.
    - Отвернись, - только сказала она. Но я, в ленной полудреме, не успел перевернуться на другой бок, как сестренка уже расстегнула лифчик.
    Сон слетел в меня в то же мгновение! Из-под Катькиного лифчика выкатились такие два прелестных полушария! Небольшие, но такие налитые, упругие даже на вид! И венчали их два розовых, четко выделяющихся соска!
    Я смотрел на эти грудки, позабыв обо всем. Катька это сразу же заметила. Но вместо того, чтобы заверещать и закрыться, она вдруг бросилась на меня и стала шутливо, несильно, хлестать меня по щекам лифчиком.
    - Ах ты бесстыдник! Ах ты наглец! - говорила она, почти взобравшись на меня верхом, а голые ее грудки мотались перед самым моим носом! Не мотались даже, а лишь слегка подрагивали, потому что были так девственно упруги.
    Я не смог больше сдерживаться - я коснулся одной из них рукой. Член мой сразу подскочил в плавках. А поскольку Катька сидела почти на моем животе, то даже сквозь тонкое одеяло почувствовала его реакцию. Я понял это, увидев, как вспыхнули сразу Катькины щеки. Но она сделала вид, что ничего не почувствовала.
    - Как тебе не стыдно трогать мою грудь! - воскликнула она деланно-театральным тоном. - Тебе она что ли нравится?!
    - О да! - поддержал я шутливый тон сестры. - Она божественна!
    - А вторая? - игриво спросила Катька.
    Я протянул руку ко второй ее грудке и уже более спокойно, не боясь отпора, обследовал ее нежными прикосновениями. Я успел заметить, что розовый сосок сразу напрягся и стал твердым, как уменьшенная копия моего члена. Я погладил уже сам сосок. Катька как-то сразу засопела и уже без шуток в голосе спросила...
    - А ты помнишь, что мы делали в детстве?
    - Конечно, - честно ответил я.
    - Сейчас бы это было, наверно, интересней? - полуутвердительно спросила сестра.
    - Думаю, да, - очень серьезно ответил я, уже откровенно прижимаясь сквозь одеяло своим "деревянным" членом к телу сестры.
    - Что там все время в меня тычется?! - как бы возмущаясь, спросила она.
    - Твой давний друг! - ответил я и отбросил одеяло на пол.
    Теперь уже, непосредственно через плавки, было видно, что член мой так и рвется показаться во всей красе. Катька поняла это сразу.
    - Можно? - спросила она, и даже не дожидаясь ответа, одним рывком спустила мне плавки до колен.
    Член подпрыгнул и закачался, подрагивая. Крайняя плоть лишь слегка обнажила головку, но сам ствол члена выглядел довольно внушительно.
    - Ой! Он стал у тебя гораздо больше! - сказала Катька с придыханием. - И столько волос! Можно их погладить?
    - Нужно! - промычал я в ответ, одной рукой стянув свои плавки до конца.
    Катя осторожно поднесла свои пальчики к моим слегка рыжеватым кудряшкам.
    - Какие они жесткие! - сказала она. - А... его можно потрогать?
    - Катя! Трогай все что хочешь! - выкрикнул я. - Только сними свои трусики тоже!
    - Ой, конечно! - совершенно непосредственно сказала Катя и, привстав и покачивая бедрами, стянула с себя трусы.
    Она стояла передо мной на коленках, и я видел, как ее плоский, очень спортивный живот с чуть заметным шрамом заканчивается внизу темным холмиком волос. Поскольку ноги сестры были сжаты, ничего больше я не увидел.
    - Ну, покажи же мне ее! - не выдержал я. Я просто простонал эту фразу. И Катя, поняв мое состояние, тут же широко развела ноги в стороны и я увидел... Я увидел выпуклые, пухлые губки, слегка прикрытые вьющимися волосиками, я увидел блеснувшую меж ними красную щелку... Я увидел выпирающий из-под этих губок, в самой верхней точке их соединения, так поразивший меня когда-то в детстве клитор...
    Больше я не мог терпеть! Я просунул свою руку Катьке между ног и принялся гладить ее там, ласкать, тереть... А она, видимо тоже потеряв уже всякое терпение, тут же схватилась за мой пенис и стала стягивать кожицу с его головки. Член сразу встрепенулся, как добрый конь. Я испугался, что тут же сейчас и кончу и закричал...
    - Подожди! Давай ляжем рядом!
    Катька моментально плюхнулась рядом со мной. Поскольку тахта была очень узкой, мы, чтобы не упасть, вплотную прижались друг к другу. Упругие Катькины грудки прижались к моей груди, расплющившись о нее, а мой возбужденный до крайности член уткнулся своей полностью обнаженной головкой в Катькины кудряшки на лобке.
    - Засунь, засунь его! - простонала вдруг Катька. - Так, как это делают все парни с девчонками!
    - Но нам же нельзя! - простонал я в ответ, чувствуя, что уже не могу не "засунуть".
    - Можно! - почти прокричала Катя и, как-то хитро извернувшись, оказалась подо мной с широко раздвинутыми ногами. Мой член уперся ей прямо между нижних губок.
    - Ну! - крикнула Катька и двинула тазом прямо мне навстречу. Член погрузился в сочную мякоть ее пипки. Но на его пути встала какая-то преграда. Мы оба сразу поняли, конечно, что это Катькина целка, но для нас обоих не была уже преградой и она. Теперь уже я двинул членом решительно вперед, и он, преодолевая сначала сопротивление Катькиной плоти, вдруг стремительно прорвался куда-то вглубь.
    Катя даже не застонала. Она только начала стремительно опускаться и подниматься нижней частью своего тела подо мной. Головка моего члена интенсивно терлась обо что-то ребристое и твердое.
    Я даже не успел насладиться новым для меня, неземным ощущением, как почувствовал, что мой пенис знакомо задергался внутри Катьки. К счастью, я давно знал, чем это может закончиться для сестры, поэтому в самый последний момент успел выдернуть пульсирующий член из Катькиного лона.
    По-моему, я никогда еще так интенсивно не кончал! Струя спермы, брызнувшая из головки сразу, долетела до самой подушки, вторая, не менее мощная струя, облила Катьку от грудей до пупка. Затем член содрогался еще раз десять, ритмично выплескивая на Катькино тело белесые струи. Сестренка смотрела на все это во все глаза. А из ее щелки показалась тоненькая струйка крови, тут же оставив пятнышко на моей простыне.
    Когда поток спермы иссяк, и член мой слегка повис, хотя и не превратился совсем в сморщенный стручок, Катька провела ладошкой по своей груди и животу, размазывая густую белую субстанцию.
    - У-у-у! - сказала Катька. - Здорово ты кончил, да?
    - Угу, - пробурчал я, почувствовав вдруг жестокий стыд.
    - А если бы это попало в мою... дырочку, у нас бы родился ребенок? - наивно спросила Катька, как будто вновь став маленькой девятилетней девочкой.
    - Возможно, - ответил я. - Поэтому это очень опасно!
    - А я еще хочу! - зашептала вдруг Катя, снова прижимаясь ко мне упругими грудями. - Давай еще раз! Ты опять выдернешь!
    - Катя, нельзя! - взмолился я, хотя член мой после этих ее слов снова поднялся и затвердел. - Посмотри, мой пенис весь в сперме! Если хоть маленькая капля попадет тебе в... во влагалище, ты можешь забеременеть!
    - А если не во влагалище? - сверкнула вдруг глазами сестра.
    - А... куда? - не понял я ее сразу.
    - В попке тоже есть дырочка... - игриво, но явно смутившись, сказала Катька.
    - А ты хочешь?! - удивился я.
    - Помнишь Лариску из нашего класса? - спросила Катька. - Она рассказывала, чтобы не забеременеть, ее парень кончает ей всегда в попку, и Лариска всегда при этом "улетает" круче, чем от обычного "траха".
    - Откуда ты знаешь такие слова? - сказал я игриво, а сам уже стоял на коленях перед повернувшейся ко мне задом сестрой.
    Катька снова развела в стороны ноги, и я увидел, как между маленьких ягодиц открылась сморщенная дырочка ануса. Я подвел головку члена к этому сжатому отверстию и попытался впихнуть ее вовнутрь. Но это было невозможно сделать... там у Катьки все было очень сухо и напряжено.
    - Я не могу, - сообщил я сестре.
    - Лариска говорила, что она мажет там кремом, - сообщила Катька.
    - А у тебя есть крем?
    - Только для загара...
    - Не думаю, что он подойдет, - сказал я, но тут же вспомнил... - У нас же есть растительное масло!
    Мне достаточно было протянуть руку, чтобы достать со стола бутылку подсолнечного масла, которым мы заправляли салат. Налив чуть-чуть масла на ладонь, я сначала втер его Катьке между ягодицами, залезая пальцем прямо в дырочку ануса, а потом провел еще несколько раз по собственному члену. Пенис сразу заблестел и, кажется, еще больше напрягся.
    После этой процедуры мой член проник в попку сестры очень легко. Правда головка входила сначала с ощутимым сопротивлением со стороны Катькиных мышц, но стоило ей погрузиться полностью, как все остальное проскользнуло мгновенно.
    Я уже не чувствовал того дикого возбуждения, как в первый раз, когда казалось, что член сейчас взорвется от распирающей его крови и спермы; поэтому двигался внутри Катьки не спеша, наслаждаясь всеми новыми для меня ощущениями. Правую руку я просунул Катьке между ног спереди и слегка поглаживал ее "вспухший" клитор. Катька стонала и всхлипывала. Мы оба уже, похоже, подходили к "высшей точке", когда во дворе вдруг скрипнула калитка. Уверенные шаги направились к нашему сарайчику.
    Я с хлюпом выдернул член из Катькиной попки. Но оргазм уже начался, и остановить его было невозможно. Я натянул крайнюю плоть на головку и сжал ее пальцами, но сперма хлынула вновь столь обильно, что забрызгала и мою руку, и простыню, и по самому пенису размазалась, вытекая после "судорог" из-под крайней плоти.
    Катька же в то время, что я боролся с "фонтаном страстей", успела юркнуть в свою кровать под одеяло, прихватив с пола трусики. Я тоже натянул на себя одеяло чистой левой рукой, и в тот самый момент дверь нашего "сарайчика" распахнулась. На пороге стояла молодая женщина.
    Тогда мне показалось, что она ужасно взрослая, но на самом деле ей было лет 25, не больше. Женщина была ужасно симпатичной, с короткой, модной стрижкой, большими голубыми глазами, чуть вздернутым носиком, пухлыми, красиво очерченными губами. А еще она была высокой и стройной, а тоненький и очень короткий халатик так и натянулся весь на крупных, упругих грудях, соски которых ясно просматривались через ткань.
    - Здравствуйте, родственнички! - весело пропела женщина, но тут ее взгляд упал на пунцовое лицо Катьки, выглядывающее из-под натянутого до носа одеяла, затем на меня, тоже, вероятно, красного, и тоже прячущегося под одеялом. А потом... взгляд ее остановился на моей подушке! И тут я с ужасом вспомнил, как обильно я "полил" эту подушку спермой! Женщина поняла все сразу.
    - У-у-у! - протянула она. - Вот вы чем тут занимаетесь!
    Я не успел даже среагировать, как женщина одним ловким движением ухватилась за край моего одеяла и сдернула его на пол. Ну а я, как зажимал правой рукой крайнюю плоть своего пениса, так и предстал перед незнакомкой в этой позе. Абсолютно голый, естественно, да еще перепачканный собственной спермой.
    - У-у-у! - снова сказала женщина. - Какие мы пачкульки! На себя-то зачем?
    Я почему-то вдруг рассердился и от этого осмелел...
    - А вам-то какое дело?! Я, может, онанизмом тут занимаюсь, а вы мешаете!
    Женщина, однако, нисколько не обиделась на мою грубость, наоборот, развеселилась...
    - Онанизмом? Когда рядом такая девочка? Ни за что не поверю! Скорее - инцестом! Так ведь? - подмигнула она Катьке. Катька забралась под одеяло с головой.
    - Ладно, давайте знакомиться! - сжалилась, наконец, женщина. - Я ваша двоюродная тетка! Звать меня - Людмила, можно просто Мила. Ну а вы, как я понимаю, Ваня и Катя?
    Я кивнул. Мне стало ужасно стыдно! Я сразу вспомнил, как тетя Валя говорила нам, что скоро приедет из Ленинграда ее двоюродная сестра Людмила. Но поскольку самой тете Вале было лет пятьдесят, я подумал, что и сестра ее такого же примерно возраста. А тут - такое дело!
    "Как же я прокололся! Что же теперь будет?! - в ужасе думал я. - Теперь Людмила все расскажет тете Вале, та - родителям, будет ужасный скандал!" Я покрылся бисеринками пота. И что самое интересное - так и продолжал сжимать в кулаке свой член.
    Это, видимо, выглядело настолько комично со стороны, что Людмила не выдержала и прыснула. Она явно прочитала мысли, проступившие, как чернила на бумаге, на моем лице, потому что сказала следующее...
    - Да ладно вам! Не расскажу я никому! Только вы теперь за это - мои должники и будете делать все, я повторяю... ВСЕ, что я скажу! Договорились?
    - Да, - выдавил я.
    - Да... - пискнула из-под одеяла Катька.
    - И отпусти, наконец, свой член! - снова засмеялась Мила. - Ты его сейчас оторвешь!
    Я разжал занемевший кулак. Ладонь вся была испачкана спермой.
    - Ну, и зачем ты так, в кулачок? - нагнулась к моему лицу женщина.
    - А... куда? - замялся я. - В Катьку же нельзя...
    - Нельзя, молодец! - похвалила Мила. - Хорошо, что ты это знаешь! Но пачкать постельное белье тоже нельзя. Да и зачем тратить попусту такое богатство!
    - А что же с ним делать? - сел я на своей тахте.
    - Сперму надо отсасывать! - выдала Мила.
    - Как отсасывать?! - ахнул я. - Кому?!
    - Ну, если дотянешься, можешь и сам! - захохотала Мила пуще прежнего. А потом добавила уже серьезно... - Катерине, конечно.
    - Но это же... - не нашелся, что сказать я.
    - Противно? - закончила мою мысль Мила. - Ничуть! Это обалденно приятно и... вкусно!
    Затем она повернулась к Катьке...
    - Катерина, подь-ка сюда!
    Катька выползла, наконец, из под своего одеяла. Удивительно, но трусы она каким-то образом все же успела натянуть, правда, на левую сторону. Увидев это, Мила только хмыкнула, полностью убедившись, чем мы занимались до ее прихода.
    - Иди, отсоси у брата! - велела Мила строгим голосом.
    - Я... я не могу... Я не умею, - чуть не заплакала Катя.
    - Сможешь! Научишься! Знаешь, как говорят в армии... не можешь - научим, не хочешь - заставим! Не забывайте, что вы оба - мои должники!
    Катя подошла ко мне с выражением висельника на лице. Дрожащей рукой, одними кончиками пальцев, она дотронулась до моего обмякшего пениса и... все же заплакала.
    - Фу ты, ну ты! - воскликнула Мила. - А ну-ка прекрати реветь! Да что ты боишься?! Это ведь действительно здорово! Не веришь? Смотри тогда и учись!
    С этими словами Людмила быстро расстегнула свой халатик и отбросила его в сторону, оставшись в одних узеньких плавочках. Груди ее упруго качнулись и замерли - сосками вразлет. О, что это были за груди! Твердые, даже на взгляд, большие, округлые, с темными, длинными и тоже на взгляд твердыми сосками! Их так и захотелось потрогать!
    Но и это было еще не все! Мила ловко стянула с себя и узкую полоску плавок! Я ахнул, причем вслух! Да и как мне было не ахать... круто выпирающий лобок женщины был чисто выбрит, и половые губы, как дольки сочного апельсина, предстали передо мной во всей красе.
    Член мой вздыбился, как хороший конь. Мила увидела это сразу же и изрекла...
    - Вот теперь мы готовы!
    Она подошла ко мне вплотную, так что сосок ее левой груди ткнулся мне в щеку, положила мне руки на плечи и надавила, толкая меня на тахту. Я послушно лег. Мила осторожно провела вдоль ствола моего члена рукой, затем обхватила кожицу крайней плоти и мягко стянула ее с головки. А потом она выгнулась, как кошка, грациозно и легко и опустилась своим лицом на мой член. Его головка сразу оказалась в открытом рту Людмилы. Но больше она ничего пока не делала - ни сосала, ни лизала... Она словно давала возможность и время привыкнуть моему пенису к новой для него обстановке. А потом она чуть сдвинула щеки, и головка члена оказалась сжатой с двух сторон влажной, теплой мякотью! Это и было похоже на влагалище, и в то же время сильно отличалось от него. А тут еще к обнаженной кожице головки прикоснулся Милин язычок! Он нежно обвел головку по окружности, как бы знакомясь, а потом всей своей мокрой и теплой поверхностью прошелся по месту крепления уздечки. О, как я застонал! Наслаждение было непередаваемым! А язычок все набирал обороты. Вместе с ним стал двигаться по стволу члена и весь ротик Людмилы. Ее пухлые губки лишь чуть-чуть прижимались к телу пениса, зато вся влажная поверхность ее рта обволакивала член, как... Ну, не знаю, как что! Нет у меня такого сравнения! Нет, Людмила не сосала, она творила чудо! Я замер, боясь пошевелиться, боясь спугнуть нахлынувшие чувства непередаваемого блаженства!
    Людмила подняла голову, придерживая мой пенис правой рукой, и спросила у Кати...
    - Ну что, понятно, как это делается?
    Катька кивнула.
    - Тогда - вперед! Только сними свои трусики, они все равно у тебя на левой стороне.
    Катя послушно стянула трусики и, всхлипнув последний раз, наклонилась над моим животом. Она неуверенно взяла в руку мой член, который в ожидании начал уже потихоньку опадать, и потянула его головку к себе в рот.
    Вот Катька - действительно сосала. Как леденец, или "Эскимо". Не скажу, что это было неприятно, но это были несколько иные ощущения. Правда, Катьке, похоже, это занятие начало нравиться - она засопела носом, задвигала головой быстрей и ритмичней и даже стала шевелить своим язычком, облизывая мой член.
    Мила же, увидев, что дело пошло, сделала следующее. Она присела на корточки позади Катьки и приказала ей...
    - А ну-ка, раздвинь свои ножки как можно шире!
    Катя повиновалась, хотя вряд ли понимала, зачем это Миле понадобилось. А та подсела вплотную под Катькину задницу и впилась своими губами в Катькины половые органы. Катька как-то странно хлюпнула ртом, не выпуская, правда, из него мой член, и заработала головой и языком еще быстрее.
    Мила вылизывала Катькину промежность с остервенением, издавая умопомрачительные стоны, Катька тоже уже стонала, временами замирая с моим членом во рту. Я от всего этого совсем одурел! И даже не успел предупредить Катьку, что кончаю. Правда, спермы после двух недавних семяизвержений было не так уж много, и Катька показала себя с наилучшей стороны! Она даже не вздрогнула, не ойкнула, не выпустила член. Она сделала три глотательных движения по числу сокращений моего пениса, а потом медленно и со смаком высосала и вылизала все остальное, что еще из него вытекло. Только тогда она выпустила мой член изо рта и из рук и в изнеможении опустила голову ко мне на живот, уткнувшись носом в курчавые волосы на лобке.
    Она продолжала стонать под натиском Милиных ласк. Мила же, заметив, что я остался "не у дел", тут же провела новую рекогносцировку...
    - Катя, перелезай на тахту, а ты, Иван, делай мне то же, что я - Кате!
    Я сполз на пол, Катя улеглась на тахту как стояла, животом вниз.
    - Перевернись! - скомандовала Людмила.
    Катька развернулась и сама, не дожидаясь команды, развела в сторону ноги. В алеющую, сочащуюся, влажную от слюны и выделений расщелину тут же погрузились язык и губы Милы. Ну а я медленно присел и заглянул под расставленные Милины ляжки. То, что я там увидел, мне очень понравилось! Половые губы Людиного органа были тоже раздвинуты, а между ними свисали два красных лепестка малых губ, расходящихся перед входом во влагалище, как бы приглашая меня к действию. Но к "действию" я сейчас был явно не готов, - член мой висел, как приспущенный флаг - да и приказ мне был отдан другой... Но вот как приступить к его исполнению? Я все не мог решиться...
    - Да-а-вай! - прохрипела Мила, слегка лягнув меня ногой. И я приблизил свои губы к половым губам Милы, собираясь их поцеловать. И когда я приблизился к ним вплотную, я почувствовал вдруг запах - непередаваемый Запах Женщины! И все - я уже ничего не боялся, не брезговал, я уже ЖЕЛАЛ целовать, сосать, лизать это влажное розовое чудо!
    Я принялся столь активно вылизывать окрестности влагалища, всю эту пышущую желаньем и жаром вульву, что Людмила застонала грудным голосом. Я засовывал свой язык во влагалище, чувствуя пьянящий, слегка кисловатый вкус его выделений, я теребил губами маленькие губки, целовал большие... А когда я повел языком вдоль маленьких губок вверх, раскрывая их, я уперся, наконец, в заветный бугорочек. Впрочем, в отличии от Катькиного, он был несравненно больше и напоминал даже своей формой половой член - крохотное его подобие. Я полизал Милин клитор - а это был он! - языком, пока он не увеличился еще чуть-чуть, затвердев и став точно камень, обшитый шелком, а потом втянул его губами в рот и стал неистово сосать.
    Людмила заохала как-то жалобно, отстранившись даже от Катьки, которая тоже стонала уже, не переставая, и стала непроизвольно двигать тазом мне навстречу, так что все мое лицо окунулось во влажную слизь. И тогда я понял, что снова готов - член мой поднялся и сверкал уже красной, залупленной головкой.
    Я не стал ни спрашивать ничего у Людмилы, ни ждать приказаний - я просто ввел свой член Людмиле во влагалище, благо он проскользнул туда - в столь увлажненное, готовое к соитию лоно - без малейших затруднений.
    Мила дернулась было вначале, словно собираясь протестовать, но тут же обмякла, погрузив свое лицо в Катькину разверстую письку. Катька издала какой-то новый стон, с придыханием, и зашлась одним долгим, прерывистым звуком... " Ааа-а-ааа-а-ааа-а-ааа-а!!!"
    Я понял, что она кончила, потому что от Катькиных сотрясений задергалась даже Мила. Ну а я продолжал "наяривать". Теперь я не боялся кончить раньше времени (я сомневался... кончу ли вообще четвертый раз подряд), поэтому двигал членом во влагалище Людмилы активно, с размахом, экспериментируя, меняя частоту и амплитуду толчков, иногда целиком вынимая член наружу и тут же вгоняя его на полную глубину, ударяя яичками о Милины ягодицы.
    И тут, наконец, Людмила кончила тоже. Она не завыла, как Катька, а наоборот, тихо и как-то испуганно сказала... "Ой!", а потом задрожала крупной дрожью и... влагалище ее стало упруго и сильно сокращаться, сжимая мой пенис в своих "объятиях". Оно словно высасывало его, как до этого Катькин ротик, и... член мой тоже не сдержался... он выпустил как минимум одну струю прямо в глубину Людмилиного лона! Я тут же выдернул его, орошая еще одной жиденькой струйкой Милины ягодицы, но понимал уже, что произошло непоправимое.
    - Я... я... - залепетал я испуганно, не в силах найти нужные слова от волнения.
    - Кончил в меня? - завершила мою фразу Людмила, даже не поворачиваясь.
    - Да... - обреченно обронил я.
    - Ай-яй-яй! - притворно завздыхала Мила, уже повернувшись ко мне и прижимаясь ко мне своими плотными грудями. - Придется тебе теперь стать папочкой!
    Я не знал, что и делать, куда и деть себя... Взгляд мой неожиданно уперся в половой орган Людмилы, из полуоткрытых губ которого стекала и медленно капала на пол моя сперма.
    - А может она вытечет? - со вспыхнувшей надеждой спросил я, указывая пальцем на эти белесые капли.
    - Вытечет, да не вся! - поставила меня на место Людмила. - И одного сперматозоида достаточно!
    - Так что же делать?! - чуть не закричал я.
    - Ладно, успокойся! - сжалилась, наконец, Людмила. - Сегодня можно.
    - А... какая разница? - удивленно спросил я.
    - Эх вы, темнота! - вздохнула Мила. - Ладно уж, всему я вас научу, все я вам покажу! Проведу с вами сексуальный ликбез, так уж и быть! Две недели моего отпуска на основное хватит. Ну а сейчас - на Волгу, купаться!
    Надо ли говорить, что следующие две недели были для нас троих заполнены до отказа непередаваемым, почти круглосуточным наслаждением! А для нас с Катькой знания и опыт, полученные за это время, стали настоящей путевкой во всю дальнейшую сексуальную жизнь! Людмила была просто превосходной, замечательной учительницей!
     

  2. fuck_star

    fuck_star Форумчанин

    классный рассказ.. с радостью прочитал)
     
  3. Dikaya_kPisska

    Dikaya_kPisska Форумчанин

    рассказык супер! :smile:
     
  4. Spice Boy

    Spice Boy Форумчанин

Поделиться этой страницей