Правда, только правда. Ничего, кроме правды.

Тема в разделе "Эротические рассказы", создана пользователем Bivaly, 20 июн 2009.

  1. Bivaly

    Bivaly Форумчанин

    Давнишняя история, но в памяти стоит до сих пор. Остро. Я был семнадцатилетним несмышлёнышем, учился на 1-м курсе. Девчонка у меня была, сокурсница. Тренировались мы с ней по семь раз на дню где только можно и нельзя. Раскочегарился я по полной, и тут она уезжает на летние каникулы в своё родное предгорье северного кавказского хребта. Остался я один в тоскливом созерцании своих невостребованных возможностей. Сон потерял, а если спал, то снились кошмары. Бабам-то я нравился, знаю. А что? Природа меня не обидела, в те годы, несмотря на свой возраст, я уже в мастерах играл в ленинградском «Буревестнике» (класс «А») нападающим, волейбол. А вот к женскому полу на улице подойти был не обучен. Слова вязли в глотке, и кроме чего-то похожего на му-му не выдавливалось. Друзья по команде сочувственно предлагали изображать глухонемого калеку и обзавестись нагрудным плакатом оного содержания (не секрет, бабы падки на инвалидов), но это не укладывалось в мои ранние этические представления. Институтские девки откровенно заигрывали со мной, но я боялся провокаций. Дорожил я своей подружкой, потом в итоге мы поженились. Не об этом сейчас. Со сном я мог потерять и место в команде, варёным х-р сыграешь. И пошёл я к нервному врачу на излечение. Сижу в очереди, одни бабули вокруг, не на ком взор остановить. Неловко. С них, белых одуванчиков, что возьмёшь, а я, семнадцатилетний жеребец, уже нате, как и они, псих. Хоть беги вон. Тягостно.
    Тут дверь шумно распахивается, и оттуда…
    Мамма-миа! Вот это эксклюзив! Нет, Софи Лорен до неё далеко. Та на экране, а эта – вот, живьём, на расстоянии руки. Те же раскосые миндалевидно-серые глаза и узкий нос с лёгкой горбинкой, те же чёрно-рыжие волосы. Всё было тесно на этой супер-звезде. Блузка напрочь отказывалась вмещать переспелые дыни грудей, коричневые окружья сосков плотоядно бугрились сквозь прозрачные ткаии. Юбка… она была готова лопнуть сама по себе и без моего взгляда. Я застыл, не в силах отвести взор и погасить охвативший пожар. Она бросила врачу какие-то последние раздражённые слова, равнодушно-брезгливо окинула взглядом очередь и задержалась на мгновение на мне. Я потерял дыхание.
    Я уловил тень ободряющей улыбки (не может быть! показалось? да нет же, точно!), а она уже торопливо шла, скорее, бежала к лестнице на выход. Как чудесно подрагивали на её плечах разноцветные локоны, как были тесны на ней узкие трусики, откровенно выталкивающие тело сквозь тонкую ткань. Да разве существует такое бельё, что б целиком удержать в себе эти роскошные формы, тяжело переливающиеся под тщетно стерегущей их материей? Меня обдал ветер, напоённый какими-то неслыханными, ещё не изобретёнными духами, весенним берёзовым лесом, и я, не подчиняясь более разуму, встал.
    Я смотрел вслед её быстро удаляющейся узкой спине, поразительно тонкой талии, точёным икрам, на одной из которых синело небольшое родимое пятнышко. Не отдавая отчёта, я двинулся вслед. Я забыл об очереди. Я шёл, пригнув голову, и жадно снюхивал в коридоре шлейф её запаха, как презренный кобель за охваченной течкою сукой, совершенно не представляя и не думая, что будет дальше. Она скрылась за какой-то, я не успел заметить, дверью, и я в растерянности остановился. Я оглянулся. Старухи насмешливо следили за мной. А какая-то визгливо крикнула, что меня вызывают.
    О, как я завидовал этому тщедушному прыщавому пацану-невропатологу, руки которого ещё источали её волшебные флюиды. И этот тип, несомненно, недавний троечник, направляет меня на процедуру под названием «циркульный душ».
    Не буду утомлять описанием этой установки пыток, надеюсь, всем она известна, скажу только, что я испытывал к ней чувство глубокого отвращении. Мало того, что мне каждый раз приходилось вытаскивать из-под дна этого самогонного аппарата деревянную подставку для лилипутов, а деревяшка без боя не сдавалась, так меддама пенсионного возраста в белом халате раздражённо читала инструкции, а я стоял задом к ней в нескромной позе, безнадёжно пытаясь их исполнить. Потом справочно-вокзальным голосом она изрекала команды вроде: «Больной не прикрывайтесь, здесь не баня, а я медработник . Не стойте неподвижно, поворачивайтесь…» и дальше что-то про активные точки. Знала бы она, что к тому периоду все они патологически опустились вниз живота, и чем это чревато. К счастью, окрики старухи, подобно ударам бича, охлаждали пытавшуюся взбунтоваться плоть.
    К тому же тесный предбанник при входе был общим с женщинами, и это являлось едва ли не самым тягостным испытанием. Мужиков я там ни разу не встретил, а эти морщинистые леди разглядывали меня в упор, чуть ли не в лорнет без всякого видимого стеснения как редкого по полу и годам экземпляра из разновидности homo sapiens, да нет, скорее как некую ископаемую рептилию. Иногда я слышал: «Посмотрите-ка на него, такой молоденький, совсем мальчик, а вот уже… что ж это нынче творится, куда катимся? Ай-я-яй…» Потом предбанник раздваивался, и я, психически облегченный, одиноко сидел в мужском бункере в ожидании сигнала на вход. Входить полагалось нагишом. Стол старухи располагался боком напротив двери, и от него налево простиралась резиновая дорожка до вышеупомянутой машины пыток. Слава Богу, это была моя последняя процедура.
    Старуха высунула голову из дверей и визгливо крикнула: «Мужчины ещё есть? За вами не занимать!»
    И вот раздались долгожданные фанфары финала – звонок на вход. Я толкнул дверь и перешагнул влажный порог. Лишь услышав крик старухи: «Больной, я вас не вызывала!», я поднял глаза и увидел…
    Спиной ко мне в считанных шагах стояла обнажённая женщина. То есть, абсолютно голая. Мало того, она безуспешно пыталась выполнить предназначенную мне неблагодарную работу – извлечь из-под ржавого железа ту самую проклятую подставку. Её тело перегнулось к полу, груди вздрагивали от безуспешных рывков. Дугой электросварки ослепило влажные ягодицы с узким треугольником нетронутой солнцем кожи, следы рыжей, аккуратно подстриженной бородки между ними, и то место, которое назначалось ей прикрыть, и ниже, точёные икры, знакомое родимое пятнышко.
    Я зажмурился, а дальше как в тумане.
    Женщина обернулась. Она удивлённо взглянула не меня снизу, ахнула, разогнулась, и быстро зашагала, да-да, навстречу, а куда ж ей было идти, как не на выход. Она прижимала вершины грудей, мраморная плоть которых предательски сочилась сквозь тонкие растопыренные пальцы с холёными ногтями, и я не представляя, что делать, куда деться, окаменел, закрыв ладонями сморщившийся от стыда жалкий орган, и не мог оторвать глаз от её тела. Она шла по узкой резиновой дорожке к дверям, не поднимая глаз, её ноздри раздувались, и в метре от меня она бросила в лицо такой гневно-испепеляющий взгляд, что я и так ничтожный, почувствовал себя законченным негодяем и в великом смятении отступил на холодный кафель пола. О, этот запах! Неимоверным усилием я удержал себя, чтобы не оглянуться.
    И тут по спине хлестнул окрик старухи: «Куда вы прёте, больной, я вас не вызывала. Но раз влезли, не стойте, как истукан, проходите на процедуру!» Съёжившись и продолжая прикрывать срам, я встал под горячие струи. На подставку, которую она так и не успела вынуть. Сейчас мои пятки накрывают отпечатки её стоп, струи бьют в её самые активные точки, а они у меня кругом. Я закрыл глаза, уловил волшебные флюиды, наваждение, тело её рядом, я отчётливо вижу его в той самой зафиксированной взглядом позе. Издали сквозь пелену воды и свист форсунок я слышу привычные команды: «Больной, поворачивайтесь! Уберите руки! Не закрывайте активные зоны, сколько вам твердить одно и то же! Здесь не баня! В конце концов, я – медработник!» Эти фразы вдруг оборачиваются другим, извращённо-похотливым смыслом. Отлично, ты – медработник, я – психбольной. С таких спроса нет, не обессудь, старая, если что не так.
    Я полностью отдался ощущениям. Я явственно увидел перед собой огромные ягодицы, просвет между бёдер, и там… hot target. Струи меж тем врезались в бока, живот, пах. Не было сил и желания уклониться. Сладкие волны вздымались кверху, член распух и удлинился до неприличия. Я убрал руку, как требовала старуха. Я поворачивался, как она того желала. Интересно, если стянуть с это карги халат и посадить на табурет. Вот так бы она предстала передо мной в чёрных кружевных подвязках с требовательно-игривым взглядом и раздвинутым алчущим входом. Я перестал сдерживаться, я даже не пытался укрыться от струй, напротив. Я подставлялся под их зудящие свёрла, я в забытьи не чувствовал стыда. Медленно разгоравшийся огонь, наконец, рывком охватил всё тело. Я знал, чем это всё закончится, но мне стало всё равно, будь, что будет. Кожа покрылась мурашками, спазмы-предвестники бились внизу, грозно предупреждая об исходе. Не оставалось сил властвовать над плотиной.
    Вдруг струи ослабли и исчезли. Я услышал оттуда, из параллельного мира: «Больной, заберите процедурный лист». Я очнулся. Да, это был он, голос старухи, сдавленный, непривычно глухой. Она сидела в кресле, низко склонив голову, и что-то чертила на бумаге Я с трудом, как после тяжёлого сна, направился к ней. Слава Богу, она не поднимала глаз: налившийся до безобразных форм одеревеневший член раскачивался в стороны и, подстёгиваемый конвульсиями, подпрыгивал на ходу. Я не смел к нему прикоснуться, прикрыть, чтобы не вызвать непоправимое. Я протянул руку к груде листков на краю стола. Непослушные пальцы оттолкнули нужную справку, я потянулся за ней и невольно опёрся о спинку её кресла. А дальше…
    Старуха резко повернулась и, издав хриплое «О-О», прильнула щекой к моему животу, а её ладонь… Я видел со стороны всю дикость происходящего, стыд и страх случайного свидетеля охватили меня. Я ощущал себя последним извращенцем, почти скотоложцем, и не мог, не в силах был сопротивляться. Я потерял контроль над собой, а с ним, пожалуй, и человеческий облик. Ногой я грубо распихнул её усохшие колени, она, сопя и с готовностью подалась, съехав на край сидения. Кулак упёрся в мокро ёрзающий лобок. Я торопливо рванул накрахмаленный лацкан халата, под ним почему-то почти не оказалось белья, сдавил огромную в фиолетовых прожилках грудь. А дальше вот за эти плохо крашенные седые волосы… лбом в стол… скорее…
    Не успел. Мучительно-сладкая пауза, когда цепенеешь и ничто не подвластно, сковала мёртвыми обручами мышцы, жгучая волна прокатилась снизу по животу до плеч, охватила всё тело, плотина рухнула, и освобождённый поток, содрогая тело, тяжёлыми толчками рванулся наружу. Я пытался отстраниться, но она, мотнув головой, требовательно удержала меня, и он булькал уже где-то там, в глубине её пищевода. Нос её почти упирался мне в живот, а я – что я? Я ничего не видел вокруг, только проволока волос в зажатых кулаках и снизу глухое мычание: «О-оо-О» .
    Было. Лет 20 в эту поликлинику не хожу.
    Правда это. Повторяю, только правда. Пишу, потому что случай кажется неправдоподобным. А вот со мной случился. Я давно не юнец, просто молодость иногда вспоминаю. . Мне вообще везло на редкие дела. Ещё куча историй.
     

  2. Bivaly

    Bivaly Форумчанин

    Вот сейчас бухнул и вспомнил ещё историю. В Днепропетровске было в командировке. Приехал туда из СПб, заодно и помыться.
    Правда.Только правда. Ничего, кроме правды.

    Красив Днепр при чудной погоде, а мыла нет. Узнал уже голышом в помывочном зале. У мужиков просить неловко, да и брезгую. А вниз в киоск - так там только по талонам. Иду в предбанник одеваться, проклиная советскую власть. А навстречу старушенция в синей косыночке, техничка или как их там. И издали пристально меня разглядывает, даже не по себе. Ближе сквозь пар понял: да не бабка вовсе, а тётка, и не шибко старая. Вполне можно. Берут же в Хохляндии таких в мужские отделения. Да так откровенно изучает, что у меня там подвешено. И вправо голову, и влево, примеряется вроде. Зырк-зырк. Поравнялись, прикрыл естество ладошкой и говорю (не молчать же в такой ситуации):
    - Мыла у вас не найдётся? С собой не взял. Приехал вот с севера на ваш сраный Южмашзавод, заодно и помыться, а тут проблема – мыла нету. Мочалки-то не надо, трусами натрусь.
    - Да дам я тебе мыла, - усмехнулась она, - пошли. И повернула назад.
    Её руки были тесно засунуты в карманы, а я разглядывал, как играют под обтягивающим сатиновым халатиком вовсе неплохие пухлые ягодицы: влево-вверх-вправо-вниз и по кругу. Что твоё колесо. Да и ноги ничего, гладкие вроде, в меру волосистые и не шибко кривые. Только вот хрен поганый на людях бы не опозорился, а то ведь мужики-то, вон, уже намыливаться перестали, глядят, куда это мы. А он, гад, почти не слушается, начал раздуваться, почуял добычу.
    Зашли в узкий коридорчик, там полдюжины дверей, она открыла какой-то чулан размером два на два, забитый до верха ящиками и стеллажами. На обшарпанной тумбочке доживал свой век ржавый железный телефон. Она выдвигала из скрипящего комода ящик за ящиком, и так до самого пола, а толку не было, мыло нее находилось. Было, правда, хозяйственное, а туалетного нет. Я стоял, прижатый её задом к закрытой двери и решал, что делать. И не решался. Но когда халатик вдруг приподнялся и обнажил уголок чёрных трусов, предатель не выдержал, встал во весь рост и упёрся в ямку сатина меж ягодиц. Она не почувствовала и продолжала перебирать какие-то свёртки и пакеты.
    Я решился. Я резко придвинулся, член ломом воткнулся в одежду, пальцы вцепились в бёдра. Она не реагировала. Но, по-моему, она всё- таки нашла мыло: её руки замерли. Всё и дальше было молча, без слов. Подол вверх, резинка вниз, и вот он растопыренный стыковочный отсек во всей своей бесстыдной готовности. Вход нашаривать не пришлось, он прямо передо мной, горит приоткрывшимся зевом и захлёбывается похотливой влагой. Я подался вперёд и в миг был принят алчно чавкнувшей глубиной. Мы перестали искать мыло. Она стояла, широко расставив ноги, опираясь правой рукой о ящик, левая ладонь плотно охватывала основание члена, и тело её неистовыми толчками наезжало на меня и больно бросало спиной в железные переплёты двери, а я не падал лишь потому, что некуда. Я хотел было сказать: «полегче, смотри, куда бросаешь», но внезапно зазвонил телефон. Пошёл он... А он звонил, замолкал и снова звонил. Да пошёл ты на… Я скинул трубку. Я сдавил пальцами её ягодицы, растянул в стороны, чтобы достать дно. Что-то сладко заскребло вершину головки, и огненный зуд полыхнул в промежности. Там всё задёргалось, не оставалось и мгновения до развязки. В голове замутилось, перехватило дыхание…
    Дверь чулана с треском распахнулась, в проёме возник злой растрёпанный джентльмен в засаленном пиджаке но при галстуке, хрипло выкрикивающий одну за другой непристойности, вроде:
    -Катька, сука, опять за старое! Мало тебе прошлогоднего шанкра! Что, курва, трубку не берёшь, звоню уже полчаса! А ты, гнида, блядоед, пшёл отсюда, пока цел! - (это он мне) и замахивается чем-то похожим на разделочный тесак. Такое только в фильме ужасов. Я рванул в чём был в первую попавшуюся дверь. И оказался… на улице. Я лихорадочно искал ручку, чтобы заскочить обратно. Ручки не было. Я бил в дверь кулаками и пятками. Никто не отзывался. Я заскулил, как потерявшийся пёс. Я, глубоко присев и прикрывая вмиг опавшее от ужаса естество, озирался и выискивал пути побега. Они отсутствовали. Кругом люди, и многие недоуменно приглядывались ко мне. А я не представлял, как вернуться в этот проклятый дом за одеждой. Я потерял ориентировку, заблудился. Ни карты, ни компаса. Куда? Передвигаясь то перебежками на корточках, то «по пластунски», как учили на сборах, я оказался у ближайшего канализационного люка, благо тот был , о, чудо! наполовину открытым . Там, стоя под чугунной плитой по пояс в холодной зловонной пульпе, шуршащей сороконожками, опарышами и прочей нечистью, я, как можно беззвучнее, плакал.
    Продолжение следует.


    Kassy, вот для тебя.

    Может, девушкам и неприятно станет от прочтения моего рассказа. Но вот ситуация, которая случалась со мной не раз, не два и даже не три. Я учился на первых курсах института и ездил туда в страшной давке. Но я успевал заскочить на заднее сидение (оно было в тогдашних автобусах сплошным от борта до борта и возвышалось ступенькой над мотором. И вот самый супер-случай женского оргазма, в деталях помню. Повторяю, была давка, и толпа входящих одну симпатичную мадам выдавила на ступеньку, как раз к моему колену. Хотя я и трахал с недавних пор свою однолетку подружку, слышал слово "клитор", но думал что это где-то у них там, далеко внутри и ниже. Тогда интернета не было. А тут чувствую - ёрзает она о моё колено, ритмично так делает. Сначала незаметно, а потом всё отчётливее. Её левая нога оказалась уже почти у ширинки, в пределе досягаемости. Я ничего не понимал, хотя и крайне возбудился, но держал себя в руках. Так хотелось "случайно" коснуться её нежной кожи, член раздулся и встал во весь рост. Её ноги он не доставал - трусы мешали. Моё колено инстинктивно стало незаметно приподниматься в такт её нажатиям. Она прижималась к колену лобком всё плотней и чаще (там сзади вроде её толкали, я так думал). И тут с ней вдруг случилось что-то для меня ошеломляющее. Она повернулась, опершись о спинку сидения у моего плеча, глаза её были закрыты, она согнулась надо мной, и лицо оказалось в пяти сантиметрах, я даже почувствовал жар и запах слабых духов. У меня, семнадцатилетнего пацана, не видевшего так близко породистых баб, перехватило дыхание. Она, тяжёлая, стала падать на меня, клянусь, кто читает! Я подхватил её подмышки, там было мокро, вскочил и посадил на своё место. При этом нечаянно коснулся её груди. Током дёрнуло. Она опустила низко голову и прикрыла ладошкой лицо. Но я видел его почти малиновый цвет. Её открытые колени были плотно, сверхплотно сжаты и приподняты. Это бросилось в глаза. Я подумал, что ей плохо от духоты. Такой дурак тогда я был. А мы как раз проезжали парк Лесотехнической академии, и тут остановка. Там интимных скамеек в зарослях не перечесть. Знал бы, я идиот, что с ней было. Простить себе не могу. Хороша была штучка, на миллион долларов, т.е. не по мне. Но я её всё же "оттрахал". Во всяком случае, удовлетворил на 150% или больше.
    Потом такие дорогие не подворачивались. В руки не падали. Так, пошебуршат - и в сторону. "Если бы молодость знала...." Мне бы её за тонкие пальчики, сказать - вам плохо, вам надо на воздух, и вывести её из автобуса в парк. Это мне потом часто снилось. А ты как считаешь, реальные были мечты?
     
  3. kassy

    kassy Форумчанин

    вполне)) транспортная тема - это классно) хотя мне ближе конечно когда взрослый мужчина/девочка)
     
  4. Artamon111

    Artamon111 Форумчанин

    Mr.HERLEY, великолепно! Обожаю соцреализм, для меня рассказы в самую точку! :-D

    [​IMG]
     
  5. RaketaR

    RaketaR Форумчанин

  6. Bivaly

    Bivaly Форумчанин

    Ну а был бы я взрослым мужчиной вышла бы со мной в парк?
     
  7. kassy

    kassy Форумчанин

    не знаю) скорее да чем нет)
     
  8. Bivaly

    Bivaly Форумчанин

    Запрещает кое-кто.
     
  9. Bivaly

    Bivaly Форумчанин

    Случай в Дюнах, под СПб

    Там есть заброшенный песчаный карьер высотой метров 20. За 50 лет его склон стал пологим. А внизу – озерцо родниковой воды. Холодная, предельно чистая, а если нечаянно глотнёшь, чувствуешь - кислородом насыщенна. Вот туда и пойдём. Там безлюдно, никто не помешает побезобразить.
    Ну что, начали традиционно. Я – на спину загорать, она сразу у моих ног стоит на коленках, стягивает нетерпеливо плавки, а я с неё трусики. Уютно так. Солнышко греет хорошо, но не жжёт. Я расслабился. Думаю – вот сейчас она мне сделает кайф, потом я ей, потом уже схлестнёмся. И так это деловито обдумываю номер позиции. Повторяю, моя любимая позиция – раком. Она принялась за обоюдоприятную работу, я ей благодарно почёсывыаю головку. Ей это нравится, она возбуждается, от этого у меня встаёт вдвойне, и она вдвойне возбуждается. И так по спирали нарастает похоть, сначала медленно, а потом как лавина. Мои ноги внутри её широко расставленных коленей. Я так бы хотел посмотреть на неё сзади! Трахнуть. Жаль, зеркало не подставишь. Я даже представил, как кто- то другой присоединился и трахает её, а я изучаю их похотливые лица. Это моя секретная мечта. Я открыл глаза. Что это? За её спиной стоит голый отморозок и дрочит. Он мне подмигнул, и вдруг я, извращенец, сам того не ожидая, подмигнул ему тоже. От остроты ситуации перехватило дыхание. Она заметила мою реакцию и сказала – не спеши, у нас всё впереди. А он тихо подкрался сзади, не переставая дрочить, послюнявил свою штуку и резко вставил, надо сказать, немалый инструмент в её пещерку. Она дёрнулась, вскрикнула – господи, что это? Это меня завело. Я удержал её голову у члена, и сказал: брось ты, тебе ведь хорошо, а это мой друг. Не бойся, не заразный. «Друг» оскалабился и включил частоту и амплитуду на полную катушку. Её тело наваливалось на меня, глаза закрылись, открытый рот исказила гримаса, член выпал, она не обращала на это внимания. Она забыла обо мне. Это меня заело. Я вылез из-под неё, она даже не попыталась меня остановить. Я схватил её за волосы и крикнул – соси, сука, убью. И назло ей засунул ствол прямо в пищевод. Она закашлялась, срыгнула. Отморозок поднял большой палец вверх и ухмыльнулся. Он бил своим телом её в ягодицы, она падала ко мне, а я проталкивал член навстречу. У меня мелькнула мысль, что наши члены вот-вот встретятся внутри её тела. Я чувствовал, что на грани. Я прохрипел отморозку: я сейчас кончу, а ты когда? Сейчас, - сказал он и заработал, как долбёжный станок . Потом грубо опрокинул её на спину и стал дрочить у груди. Я дрочил у головы. У него брызнула струя. Я это не люблю наблюдать, отвернулся. Я закрыл глаза и лихорадочно дрочил. В конце концов, потекло. Назло ей я облил всё её лицо, включая закрытые глаза и рот. И стал всё это размазывать капающим членом. Я знал, что она это крайне не любит. Она сопела, плотно стиснув губы. Отморозок послал мне воздушный поцелуй и ускакал в лес. Ну что, сука. Теперь-то твоя душенька довольна? Отдохнула на 100? Знай наши Дюны. Я ещё хочу сюда приехать, - сказала она игриво. И спросила: откуда ты его знаешь? По вендиспансеру, - скрипнул я зубами.- Пошли подмываться, оскверним эти невинные воды.
     
  10. Bivaly

    Bivaly Форумчанин

    Захотела и пришла.

    Ты просила, чтобы я тебя привёл к себе и совершил над тобой акт надругательства с особым цинизмом и жестокостью? По твоей лексике, значит, "выебал". Кстати, интересно: половой член – это «хуй», и я не обижаюсь, а вот по тебе вагина – писька, сюсюшка, а не «пизда». В чём дело? Извини, но иногда слово «пизда» к месту. У меня был приятель, а у него любовница, интеллигентная женщина, начальник отдела в проектном институте. Он рассказывал, что когда он ей раздрочит, она теряла контроль и кричала: Суй хуй в пизду! Суй хуй в пизду! И так, пока не засунут. Но это я так, в качестве разминки.

    Значит, так. Иду и решаю: по какой схеме действовать. Сх. № 1. Сама зовёт, хочет, уговаривать не надо. (Простейший вариант). Сх.№ 2. Хочет, но ломается, уговаривать надо. Вариант имеет свои прелести, но сейчас не подходит. Значит, действую по сх.№ 1.

    Открываю двери, она балдеет слегка, но виду не показывает, находит каким-то чутьём сразу главную ебальную комнату и садится на диван. Я ей говорю (по сх.№ 1) – что расселась, быстро в санпропускник, времени у меня мало. Она смоталась в ванную, а я, не дурак, разделся и не спеша за ней. Вдвоём надо стерилизоваться, а то потом оставь её одну, хер знает, чего потом не досчитаешься.

    В ванной тесно, но что делать. Предлагаю помыть друг у друга гениталии, т.е. органы размножения и сладострастия. Она с удовольствием соглашается. Мы, разумеется, возбудились, и я предлагаю: отсоси, но не до конца, разомнись для начала. Она становится на колени и сосёт. Чувствую, неплохо работает. - Ладно, хватит, становись задом и нагнись как следует, примериться надо. – Она выполняет беспрекословно. Я помылил слегка свой ХУЙ и сходу вонзил по самые яйца. Она взвизгнула. Реакцию одобряю, адекватная. Ну, ладно, обмыл ХУЙ, сказал – прополощи влагалку, домывайся, сел на диван, налил по 150 коньяка «Гордость Армении», ёбнул и жду.

    Выходит. Я говорю: бухни для начала. - Она бухнула, ей стало хорошо. – Теперь повернись ко мне спиной. – Она не только повернулась, но ещё и нагнулась, достав пол руками. – Молодчина, понятливая. Теперь раздвинь ягодицы, сколько можешь, чтобы я увидел, куда ебать. Она хихикнула и раздвинула. – Подходишь под мою любимую позицию №3, то бишь «раком». Вот только калибры не совпадают. Ладно, коленками на край дивана, не сгибать! Ложись на грудь, голову в сторону и жди. Сейчас начнём. Я разглядываю вход, а он уже начал сочиться. Попробую без рук, как собаки. Получилось! И вот мы две скрестившиеся собаки ебёмся, забыв, что мы люди. Она воет, а я рычу. Слюна стекает из моего рта ей на спину. Она мучает свой клитор, а потом вдруг хватает меня за яйца. Этого только не доставало, дура. Конечно, неожиданно для себя я начинаю разряжатья. Вырываю скользкий член в белой пене из её ПИСЮЛИ, опрокидываю на спину и сдрачиваю на грудь. Раз, два, на третий раз она резко садится, хватает ХУЙ и дрочит во рту. А я благодарно тереблю её волосы на маленькой глупой детской головке.
     
  11. Мадам Лемпицка

    Мадам Лемпицка Форумчанин

    Не повезло тебе, Мистер Х хотела плюс поставить за остроумные рассказы, "да ошибка работы с базой данных" вылезла.
     
  12. Bivaly

    Bivaly Форумчанин

    Я исправлюсь, подожди. Похорошела, смотрю. Кстати, всё из жизни. Может, где-то перебор или недобор, но фабула реальна.
     
  13. Bivaly

    Bivaly Форумчанин

    Мадам, вы помните, вы всё, конечно, помните. Как в автобусной давке я суперсекс-тёлку удовлетворил. А тут вдруг я представил, что вместо неё невинная девочка. Зашли с ней в парк, там познакомились кто как устроен, и в результате...

    Она мне не звонила. Я уже забыл о ней думать, как вдруг засигналил телефон. От неё. Она говорила дрожащим голосом быстро и сбивчиво, что хочет приехать прямо сейчас и будет у меня через 20 минут. Я понял, она узнала обо мне практически всё по телефонной и адресной базам. И живёт она близко, ведь мы же ехали в одном автобусе. Я попросил отсрочку на час, но она настаивала, и я согласился. Я рванул в ванную ополоснуться, на ходу продумывая сценарий встречи. Мне показалось , что она мастурбировала и говорила со мной преддверии оргазма. И вот звонок в дверь.
    Она стоит передо мной со смущённой улыбкой. Мы прошли в комнату, я сел в кресло, второе поставил для неё в двух метрах напротив.
    - Давай поболтаем, – сказал я. – Понравилась тебе наша прошлая встреча?
    - Очень, – и на её щеках выступил лёгкий румянец.
    - Мне безумно понравилось, как твои пальчики терзали киску. Никогда не забуду. А я тебе понравился?
    - Очень, - повторила она, и румянец стал гуще.
    - Я хочу повторить это здесь и сейчас, ты ведь не будешь стесняться, правда? Чего уж теперь-то, не в первый раз. Для начала давай скинем лишние тряпки. Начинаем вместе. – И я расстегнул ремень. Она сделала движение, но тут же в нерешительности остановилась. Я понял, мне надо первому. Я не спеша стянул с себя всё, что было. Надо сказать, я в то время играл в мастерах (волейбол, нападающий) и своего тела не стеснялся. Она слегка ошалело наблюдала за мной.
    - Ну что тормозишь, тебе помочь?
    - Да, -тихо вымолвила она. Я с полувставшим членом подошёл к ней вплотную. Я видел как скосились её глаза на предмете моей гордости, как расширились зрачки. На ней были джинсовая мини-юбка и белая блузка с обтягивающим горло воротником. Я начал с блузки, но она, стерва, застряла у неё над головой, накрыв лицо.
    - Я сама, - но блузка не поддавалась. Воспользовавшись ситуацией, я приставил поднявшийся во весь рост орган к тому месту, где предполагался рот. Наконец блузка была сдёрнута, и она ахнула.
    - Опять испугалась?
    - Да нет, - и она нежно обхватила член своими пальчиками, внимательно изучая его со всех сторон. Я возбудился не на шутку. Потом стала потирать его о щёку, стыдливо заглядывая мне в глаза.
    - Всё, хватит, чего доброго ещё кончу. Давай скидывай остальное, да побыстрей. – И вот мы сидим голые напротив друг друга, моё орудие уставлено в потолок, а она наложила обе ладошки на то место, с которым я заставлю её поработать. Я начал первым.
    - Давай, кто первым кончит, тот победил, и ему приз, - сказал я. – Не зажимайся начинай. – Левой ладошкой она прикрывала вход, а правая, слава Богу, глядя на меня, начала потихоньку работать.Наблюдая друг за другом, мы вскоре перевозбудились. Она перестала стесняться.
    - Убери руку, покажи, что ты делаешь. Раздвинь шире ноги, чтобы я видел всё. – Её рука набрала скорость, которой я даже не представлял. Я видел, как высоко вздулась горка клитора, как распухли и разошлись губки, открыв круглое отверстие, ведущее в её недра. Я подумал, что она уже не девочка. Голова её стала откидываться назад, потом она бросала судорожный взгляд на мою руку с зажатым членом, лицо перекашивала гримаса страсти, живот судорожно вздымался и дёргался, колени то сходились, то распахивались, то перекрещивались, полудетские груди дрожали и подпрыгивали, соски вздулись. Она вдруг согнулась, сжавшись в комок, и зарычала, как животное. Я, безумный, сорвался с места и приставил член к её раскрытому в экстазе рту. Она схватила его и стала неистово терзать, сосать, именно сосать, а не валять языком во рту. Опытная – мелькнуло в голове. Я не знал что делать. Уже начались конвульсии, сейчас из меня хлынет. В рот я не рискнул, но ведь не на ковёр же.
    - Хватит, - прохрипел я, откинув её на спинку кресла. Глаза её были полузакрыты, лицо пылало. Меня затрясло, и тут же кипящий поток тяжёлыми толчками со стоном рванулся наружу. Я хотел брызнуть на грудь, но непослушная струя попала в подбородок, следующая в горло и только последняя, наконец, в цель. Она смотрела на мой стреляющий огнемёт во все глаза, не мигая, не обращая внимания, что он заливает её лицо и тело. Она обтёрла пальцами подбородок и лизнула их.
    - Подойди ко мне. – Она захватила мою сдувающуюся игрушку губами и начала массировать яички, высасывая остатки, а я прижал ладонью промежность и чувствовал, как последняя струйка покидает моё тело. Она откинулась в кресле и улыбнулась.
    - Ты проиграл. За тобой приз, уже по настоящему. – Я, обессиленный, сидел напротив. И думал, вот тебе и девочка... (пойду, отдрочу, а потом продолжу, согласна, мадам?).
     
  14. Bivaly

    Bivaly Форумчанин

    Т.е. я персона non grata? Привычное для меня дело на разных (не только секс) форумах. Не обижаюсь, такой уж мой вызывающий стиль. А давай без плюсов, мне они пох, лично как тебя - заело? Если да, будем общаться. Тебе кажется, слишком много херни обо мне знаешь. Ошибаешься. Не путай мой пьяный стёб с моей жизнью. Стёба на порядок больше.
     
  15. Bivaly

    Bivaly Форумчанин

    Письмо незнакомке. Опять же Дюны, 2008.


    Я загорал неподалёку, решил прогуляться по лесу. И вот тут-то на полянке я увидел тебя. От того, что ты вытворяла , член мгновенно выскочил из плавок, а моя рука невольно опустилась вниз. Я вышел, чтобы рассмотреть поближе. Ветка хрустнула под ногами, ты остановилась, приподнялась на локте и сделала вид, что не заметила . Я-то видел, заметила. Ты продолжала мастурбировать, но с большей интенсивностью – твои ноги широко раскинулись, дав мне простор разглядеть твою киску. Иногда ты убирала руку, и я видел её во всей своей раздроченной красе. Это было зрелище не для слабонервных. Я, продолжая дрочить, подошёл и встал между твоих ног. Меня трясло от возбуждения, такое со мной впервые. Ты открыла глаза, наблюдая снизу за моей техникой мастурбации. Я иногда для тебя тоже убирал руку, и член прыгал в воздухе, требуя продолжения. Я видел, как ты заводишься от этого зрелища – по твоему лицу прокатывалась сладострастная судорога, и я начинал терять голову . Ты приподняла ноги, и они обвились вокруг моих. Они ёрзали по ним вверх-вниз и подталкивали ближе. Я сказал – скоро кончу. До сих пор всё было молча. Ты, задыхаясь от страсти, ответила – стань на колени у моего лица. Твоё лицо оказалась под моим дергающимся членом, он бил тебя по нему, пока я приподнимал твою голову. Ты, в безумии, приняла почти целиком мою штуку с раздувшейся до безобразных размеров головкой. Одна твоя рука сжимала мне яйца, а другая неиствовала на клиторе. Твоё тело подпрыгивало подо мной. «Куда кончать» - выдавил я, ты показала пальцем на рот, и тут же из меня ударами хлынули потоки. Надо сказать, что у меня и так спермы больше нормы, а тут после месяца воздержания… Я испугался, что ты захлебнёшься. После двух толчков я вырвал пульсирующий член и он опорожнился тебе на шею . Ты стиснула зубы и начала мычать, переворачиваясь подо мной набок. Твои колени с нечеловеческой силой прижались к моей заднице. Я ощущал дрожь твоего тела, как будто оно было под высоким напряжением. Я растёр сперму по твоей груди и вот этой мокрой рукой хотел помассировать твою запертую в бёдрах киску. Там наши руки встретились. Ты сказала – пошёл вон отсюда, видеть тебя не могу. И грубо оттолкнула. Я понял, обтёр ладонь о твою грудь, дёрнул за сосочек, встал, натянул плавки и пошёл к себе. Я оглянулся – твоё тело было свёрнуто «калачиком» и подёргивалось в траве. Блядское это место Дюны. Кто из СПб, подтвердите.
     
  16. Bivaly

    Bivaly Форумчанин

    Хотел бы удалить, но уже поздно, бл...
     
  17. Bivaly

    Bivaly Форумчанин

    Хотел бы удалить, но уже поздно, бл...
    [/b][/quote]

    Извини, но так получилось. Дёшево, и мне стыдно. Пить меньше надо. Исправлюсь, моя маленькая Kas.
     
  18. Bivaly

    Bivaly Форумчанин

    Не переживай, моя девочка. Я издам книжку, договорился уже, анализ будущего рейтинга зашкаливает. У меня будет куча денег. Я на собственном вертолёте прилечу к тебе в Киев ( не сбили бы на границе) и как Карлсон , с крыши влезу в твоё открытое окно. Нет, лучше через балконную дверь .Через окно с моей комплекцией трудно. Я знаю, ты спишь без трусиков, я, кстати, тоже, я тихо ложусь сзади, боясь, что ты вдруг проснёшься, и испортишь мой сценарий. Твоя левая нога согнута в колене и лежит поверх правой. Мне повезло. Я тихонько, почти без нажима, буду прикасаться самыми кончиками пальцев к твоей щелке. Член я предварительно смажу любрикантом ( так это называется?) и прислоню к твоей пухлой попочке, которая всегда сводит меня с ума. . Ты во сне начнёшь ёрзать, я знаю, это твоя эрогенная зона и какие бесстыжие грёзы бродят в твоей похотливой головке, я придвину его ближе, и вот он у цели. Мои пальцы (кстати, пианиста – не вру) осторожно ложатся на клитор, ты спишь и не понимаешь ещё, что уже не сон. Я чувствую, как твоя сладкая пуговка твердеет под пальцами, я едва заметно проталкиваю член вперёд, а ты во сне инстинктивно сдаёшь назад. И вот уже половина распухшей от вожделения головки в твоём анусе. Я не спешу, пальцы на клиторе едва работают, головка продвигается по миллиметру, твои бёдра непроизвольно совершают вращательные движения, пальцы усиливают давление, ворота внезапно открываются, и о, Боже! – головка сама всосана твоим телом. Как там непривычно уютно! Ты спишь, скорее, делаешь вид. Я знаю, тебе неловко, я осторожен, боюсь спугнуть неуклюжим словом, почти не двигаюсь, но ощущаю, как твоё тело медленными движениями наезжает на меня, и член постепенно тонет в невесомости. Я перестаю валять дурака, я начинаю неиствовать с твоим клитором, ты же резко вдавливаешь ягодицы мне в лобок. Мотор завёлся на полные обороты. Я, дрожа от новых ощущений, ставлю тебя на колени, не вынимая члена, ты не сопротивляешься, наоборот, помогаешь мне, и я загоняю в тебя по полной программе по самые - яйца. Ты «проснулась», говоришь – не надо, прекрати. Слезай. Отталкиваешь меня руками. Я тебя не слушаю, я тебе не верю, мне никогда не было так хорошо, что-то совсем новое, неизведанное. Ты пытаешься вырваться, а я озверел, я прижимаю твои бёдра к себе, и успеваю кончить в самую бездну, в пустоту. Вылилось неожиданно легко и полно. Я лежу на спине, ещё потряхивает от пережитого. И вдруг ты говоришь, поглаживая меня по груди: а ты знаешь, было неплохо. Вот это сюрприз! Так какого хера? Учту, дорогая, подумал про себя.
     
  19. RussАллка

    RussАллка Форумчанин

    Очень даже интересные рассказы...Возбудили... :icon_in_love:
     
  20. Bivaly

    Bivaly Форумчанин

    Ещё хочешь? Кажется, про тебя.

    -- Опять в автобусе. Опять в давке. При советских общественный транспорт был всегда переполнен. Молодой я был, ехал с тренировки. Меня прижало плотно к твоей заднице. А какой мужик не любит бабью задницу, как и русский быстрой езды? Разумеется, у меня встал. И ты это почувствовала. Удивляюсь, откуда у баб такое чувство? Даже на лежачий их жопа реагирует, вдавливаться начинает. А тут на мне лёгкие тренировочные брюки, и член выскочил из трусов. Вдруг место освобождается, и ты садишься. Теперь я у твоего плеча. Внизу у меня гора. Я стараюсь её чем-то прикрыть, сумка пришлась кстати.
    --
    А дальше... Меня придавили к тебе, твоё плечо оказалось у моего паха. Я почувствовал, как оно вдруг юркнуло мне под яйца. Я понял - ты возбуждена. Я видел, как ты отстранилась от соседки у окна и прижалась ко мне. Даже как-то неловко стало. Но я не выдержал, сам подался слегка вперёд, прикрывая член сумкой. Он почти у твоей щеки. И ты это знаешь. Ведь я наблюдаю за тобой сверху. Вижу, как ты лихорадочно сдуваешь со лба свою белокурую чёлку, как раскраснелось твоё чистое симпатичное личико и закрываются иногда глаза. Ты невинная, я это понимаю, люблю таких и завожусь. Ты хочешь к нему прикоснуться, но не знаешь, как это сделать незаметно. Я вижу, и думаю как тебе помочь. И себе тоже. А сзади давят, обычно я сопротивляюсь, а тут сдаюсь. Член лежит на твоём плече, почти уткнувшись щёку, и дрожит, пальцы на спинке твоего сидения прошлись по голой шее, покрытой светлыми возбуждающими волосками, ты потеряв контроль над собой (а я ещё с трудом держусь), подалась ко мне до неприличия близко, твоя рука "нечаянно" прошлась по члену, и он тут же начал непредсказуемо разряжаться. Я попытался отстраниться, но ты вскочила, держа меня крепко за пульсирующий орган, и смотрела на меня какими-то умоляющими и виноватыми глазами. Твои щёки пылали. Мои, наверное, тоже. Ты быстро стала пробиваться к выходу, я понял, мне надо за тобой, я чуть касался твоей талии, чтобы ты не остыла. Но ты справилась с собой. Я, попытался на улице наладить контакт, - "посмотри, что ты со мной сотворила, куда ж мне теперь идти?" – (Я думал, а вдруг скажешь – пошли ко мне). Но ты послала меня подальше. И побежала.Правильно сделала. А я не знал, как идти, когда впереди липкое пятно и по ноге течёт. Это - не фантазия.
    Признайся, это ты была. Или ты бы позвала к себе? Интересно.
     

Поделиться этой страницей