Иосиф Бродский

Тема в разделе "Архив", создана пользователем dro4un007, 14 янв 2006.

Статус темы:
Закрыта.
  1. dro4un007

    dro4un007 Гость

    привет всем!!!
    я тут общался с одним человечком с этого форума, и мы пришли к такому замечательному выводу: ошибаются те люди, которые говорят, что если человек дрочит и имеет смелость признаться всем в этом, то он законченный придурок. что а Академии состоят одни придурки соответственно. вот, имею смелость заявить, что это полнейшая ЛОЖЬ! здесь сидят разносторонние, общительные и во многом интересные парни и девушки. и то, что здесь есть такие комнаты, как эта, многое говорит. я вот, например, в частности обожаю Бродского.
    предлагаю в этой теме цитировать его стихи и общаться. думаю, что здесь таки найдутся любители поэзии.
    WELCOME!!!



    ...И тишина.
    И более ни слова.
    И эхо.
    Да еще усталость.
    ...Свои стихи
    доканчивая кровью,
    они на землю глухо опускались.
    Потом глядели медленно
    и нежно.
    Им было дико, холодно
    и странно.
    Над ними наклонялись безнадежно
    седые доктора и секунданты.
    Над ними звезды, вздрагивая,
    пели,
    над ними останавливались
    ветры...

    Пустой бульвар.
    И пение метели.
    Пустой бульвар.
    И памятник поэту.
    Пустой бульвар.
    И пение метели.
    И голова
    опущена устало.

    ...В такую ночь
    ворочаться в постели
    приятней,
    чем стоять
    на пьедесталах.


    © И. Бродский

    ***



    Развивая Крылова


    Одна ворона (их была гурьба,
    но вечер их в ольшанник перепрятал)
    облюбовала маковку столба,
    другая -- белоснежный изолятор.
    Друг другу, так сказать, насупротив
    (как требуют инструкций незабудки),
    контроль над телеграфом учредив
    в глуши, не помышляющей о бунте,
    они расположились над крыльцом,
    возвысясь над околицей белВЈсой,
    над сосланным в изгнание певцом,
    над спутницей его длинноволосой.

    А те, в обнимку, думая свое,
    прижавшись, чтобы каждый обогрелся,
    стоят внизу. Она -- на острие,
    а он -- на изолятор загляделся.
    Одно обоим чудится во мгле,
    хоть (позабыв про сажу и про копоть)
    она -- все об уколе, об игле...
    А он -- об "изоляции", должно быть.
    (Какой-то непонятный перебор,
    какое-то подобие аврала:
    ведь если изолирует фарфор,
    зачем его ворона оседлала?)

    И все, что будет, зная назубок
    (прослывший знатоком былого тонким),
    он высвободил локоть, и хлопок
    ударил по вороньим перепонкам.
    Та, первая, замешкавшись, глаза
    зажмурила и крылья распростерла.
    Вторая же -- взвилась под небеса
    и каркнула во все воронье горло,
    приказывая издали и впредь
    фарфоровому шарику (над нами)
    помалкивать и взапуски белеть
    с забредшими в болото валунами.

    (С) И. Бродский
     

  2. I

    Октябрь. Море поутру
    лежит щекой на волнорезе.
    Стручки акаций на ветру,
    как дождь на кровельном железе,
    чечетку выбивают. Луч
    светила, вставшего из моря,
    скорей пронзителен, чем жгуч;
    его пронзительности вторя,
    на весла севшие гребцы
    глядят на снежные зубцы.

    II

    Покуда храбрая рука
    Зюйд-Веста, о незримых пальцах,
    расчесывает облака,
    в агавах взрывчатых и пальмах
    производя переполох,
    свершивший туалет без мыла
    пророк, застигнутый врасплох
    при сотворении кумира,
    свой первый кофе пьет уже
    на набережной в неглиже.

    III

    Потом он прыгает, крестясь,
    в прибой, но в схватке рукопашной
    он терпит крах. Обзаведясь
    в киоске прессою вчерашней,
    он размещается в одном
    из алюминиевых кресел;
    гниют баркасы кверху дном,
    дымит на горизонте крейсер,
    и сохнут водоросли на
    затылке плоском валуна.

    IV

    Затем он покидает брег.
    Он лезет в гору без усилий.
    Он возвращается в ковчег
    из олеандр и бугенвилей,
    настолько сросшийся с горой,
    что днище течь дает как будто,
    когда сквозь заросли порой
    внизу проглядывает бухта;
    и стол стоит в ковчеге том,
    давно покинутом скотом.

    V

    Перо. Чернильница. Жара.
    И льнет линолеум к подошвам...
    И речь бежит из-под пера
    не о грядущем, но о прошлом;
    затем что автор этих строк,
    чьей проницательности беркут
    мог позавидовать, пророк,
    который нынче опровергнут,
    утратив жажду прорицать,
    на лире пробует бряцать.

    VI

    Приехать к морю в несезон,
    помимо матерьяльных выгод,
    имеет тот еще резон,
    что это - временный, но выход
    за скобки года, из ворот
    тюрьмы. Посмеиваясь криво,
    пусть Время взяток не берет -
    Пространство, друг, сребролюбиво!
    Орел двугривенника прав,
    четыре времени поправ!

    VII

    Здесь виноградники с холма
    бегут темно-зеленым туком.
    Хозяйки белые дома
    здесь топят розоватым буком.
    Петух вечерний голосит.
    Крутя замедленное сальто,
    луна разбиться не грозит
    о гладь щербатую асфальта:
    ее и тьму других светил
    залив бы с легкостью вместил.

    VIII

    Когда так много позади
    всего, в особенности - горя,
    поддержки чьей-нибудь не жди,
    сядь в поезд, высадись у моря.
    Оно обширнее. Оно
    и глубже. Это превосходство -
    не слишком радостное. Но
    уж если чувствовать сиротство,
    то лучше в тех местах, чей вид
    волнует, нежели язвит.
    Год(ы): Октябрь 1969, Коктебель

    да, да, то самый неоднократно обдроченный на нашем форуме нудистский Коктебель...Кстати, Крым... украинский ныне "Будинок творчостВі письменникВів"
     
  3. dro4un007

    dro4un007 Гость

    спасибо, Гром Ударов, за поддержку. как-то сейчас мне редко встречаются любители поэзии и Бродского. надеюсь, сюда ещё кто-нибудь зайдёт. :)

    вот это по-моему самое сильное его произведение

    Конец прекрасной эпохи


    Потому что искусство поэзии требует слов,
    я -- один из глухих, облысевших, угрюмых послов
    второсортной державы, связавшейся с этой, --
    не желая насиловать собственный мозг,
    сам себе подавая одежду, спускаюсь в киоск
    за вечерней газетой.

    Ветер гонит листву. Старых лампочек тусклый накал
    в этих грустных краях, чей эпиграф -- победа зеркал,
    при содействии луж порождает эффект изобилья.
    Даже воры крадут апельсин, амальгаму скребя.
    Впрочем, чувство, с которым глядишь на себя, --
    это чувство забыл я.

    В этих грустных краях всё рассчитано на зиму: сны,
    стены тюрем, пальто; туалеты невест -- белизны
    новогодней, напитки, секундные стрелки.
    Воробьиные кофты и грязь по числу щелочей;
    пуританские нравы. Бельё. И в руках скрипачей --
    деревянные грелки.

    Этот край недвижим. Представляя объем валовой
    чугуна и свинца, обалделой тряхнешь головой,
    вспомнишь прежнюю власть на штыках и казачьих нагайках.
    Но садятся орлы, как магнит, на железную смесь.
    Даже стулья плетеные держатся здесь
    на болтах и на гайках.

    Только рыбы в морях знают цену свободе; но их
    немота вынуждает нас как бы к созданью своих
    этикеток и касс. И пространство торчит прейскурантом.
    Время создано смертью. Нуждаясь в телах и вещах,
    свойства тех и других оно ищет в сырых овощах.
    Кочет внемлет курантам.

    Жить в эпоху свершений, имея возвышенный нрав,
    к сожалению, трудно. Красавице платье задрав,
    видишь то, что искал, а не новые дивные дивы.
    И не то чтобы здесь Лобачевского твердо блюдут,
    но раздвинутый мир должен где-то сужаться, и тут --
    тут конец перспективы.

    То ли карту Европы украли агенты властей,
    то ль пятерка шестых остающихся в мире частей
    чересчур далека. То ли некая добрая фея
    надо мной ворожит, но отсюда бежать не могу.
    Сам себе наливаю кагор -- не кричать же слугу --
    да чешу котофея...

    То ли пулю в висок, словно в место ошибки перстом,
    то ли дернуть отсюдова по морю новым Христом.
    Да и как не смешать с пьяных глаз, обалдев от мороза,
    паровоз с кораблем -- все равно не сгоришь от стыда:
    как и челн на воде, не оставит на рельсах следа
    колесо паровоза.

    Что же пишут в газетах в разделе "Из зала суда"?
    Приговор приведён в исполненье. Взглянувши сюда,
    обыватель узрит сквозь очки в оловянной оправе,
    как лежит человек вниз лицом у кирпичной стены;
    но не спит. Ибо брезговать кумполом сны
    продырявленным вправе.

    Зоркость этой эпохи корнями вплетается в те
    времена, неспособные в общей своей слепоте
    отличать выпадавших из люлек от выпавших люлек.
    Белоглазая чудь дальше смерти не хочет взглянуть.
    Жалко, блюдец полно, только не с кем стола вертануть,
    чтоб спросить с тебя, Рюрик.

    Зоркость этих времен -- это зоркость к вещам тупика.
    Не по древу умом растекаться пристало пока,
    но плевком по стене. И не князя будить -- динозавра.
    Для последней строки, эх, не вырвать у птицы пера.
    Неповинной главе всех и дел-то, что ждать топора
    да зелёного лавра.

    декабрь 1969

    (С) И. Бродский
     
  4. как то слышал, что именно ему приписывают хулиганское

    "не верь х"" поутру стоящему - он не е""ться, он ссать хочет"


    но сильно не уверен...

    Добавлено спустя 4 минуты 5 секунд:

    а глянь как... совпало!

    http://www.homeweb.ru/lib/BRODSKIJ/brodsky....txt_Piece40.13


    ... Кофе, значит. (Бессознательным жестом, прожимает ладонь к пульту, где вспыхивает имя, номер камеры и слово "Заказ"; столь же машинально Публий нажимает кнопку -- в ответ вспыхивает "Кофе"; рука безжизненно падает, и раздается характерный шум заваривающей "экспресс"-машины, и в зале разносится запах кофе.) ...Ули-тити-тюю... А ничего себе, между прочим стоит, а!.. Сколько же в тебе сантиметров, красавец, будет?.. Ууууууу... моща-а-а... у-у-у, щас бы я... как говорил -- кто же? Нерон или Клавдий -- в общем, из древних:

    Не верь хую поутру стоячему: он не ебать, он ссать просит.


    Ыыы-эххх-што ты!.. Публий откидывает полог и спускает ноги с кровати на пол. Некоторое время он так и сидит; потом встает и направляется к туалету; те же самые звуки, что мы слышали в конце предыдущего акта. Выходит из туалета, возвращается в свой альков, садится, наливает себе кофе, встает, подходит к окну, потягивается, делает первый глоток, достает сигарету, закуривает. День-то какой, ликторы-преторы!
     
  5. spawn[xxx]

    spawn[xxx] Гость

    А вот несколько афоризмом принадлежащих Бродскому:

    В настоящей трагедии гибнет не герой - гибнет хор.

    Мир, вероятно, спасти уже не удастся, но отдельного человека всегда можно.

    Эстетика - мать этики.

    Поэт - средство существования языка.

    Поэзия это не "лучшие слова в лучшем порядке", это - высшая форма существования языка.

    Тюрьма - недостаток пространства, возмещаемый избытком времени.

    Фольклор - песнь пастуха - есть речь, рассчитанная на самого себя: ухо внемлет рту.
     
  6. dro4un007

    dro4un007 Гость

    spawn[xxx], спасибо за афоризмы.

    а у кого какое любимое стихотворение?
     
  7. Я Бродским знаком мало... мне известно лишь одно его стихотворение... перевод известной немецкой песни времен Первй Мировой "Лили Марлен"

    Возле казармы, в свете фонаря
    Кружатся попарно листья сентября
    Ах как давно у этих стен
    Я сам стоял,
    Стоял и ждал
    Тебя, Лили Марлен,
    Тебя, Лили Марлен.

    Если в окопах от страха не умру,
    Если мне снайпер не сделает дыру,
    Если я сам не сдамся в плен,
    То будем вновь
    Крутить любовь
    С тобой, Лили Марлен,
    С тобой, Лили Марлен.

    Лупят ураганным, Боже помоги,
    Я отдам Иванам шлем и сапоги,
    Лишь бы разрешили мне взамен
    Под фонарем
    Стоять вдвоем
    С тобой, Лили Марлен,
    С тобой, Лили Марлен.

    Есть ли что банальней смерти на войне
    И сентиментальней встречи при луне,
    Есть ли что круглей твоих колен,
    Колен твоих,
    Ich liebe dich,
    Моя, Лили Марлен,
    Моя, Лили Марлен.

    Кончатся снаряды, кончится война,
    Возле ограды, в сумерках окна,
    Будешь ты стоять у этих стен
    Во мгле стоять,
    Стоять и ждать
    Меня, Лили Марлен,
    Меня, Лили Марлен.


    Мне нравится... мне вообще эта песня нравится... :-D частенько напеваю, как на русском, так и на немецком... и даже на финском :lol:

    Добавлено спустя 9 минут 30 секунд:

    У меня кстати неполахая коллекция mp3 этой песни если кому нравится могу прислать... к сожалению, русского варианта я пока не нашел, зато есть финский, итальянский и немецкий в исполнении Марлен Дитрих, Лили Андерсон, Вили Фрица и два хоровых исполнения...
     
  8. spawn[xxx]

    spawn[xxx] Гость

    Я тоже мало знаком творчеством Бродского.Из тех стихотворений , что я знаю мне больше понравилось это:
    Пилигримы

    Мимо ристалищ, капищ,
    мимо храмов и баров,
    мимо шикарных кладбищ,
    мимо больших базаров,
    мира и горя мимо,
    мимо Мекки и Рима,
    синим солнцем палимы,
    идут по земле
    пилигримы.
    Увечны они, горбаты.
    Голодны, полуодеты.
    Глаза их полны заката.
    Сердца их полны рассвета.
    За ними поют пустыни,
    вспыхивают зарницы,
    звезды дрожат над ними,
    и хрипло кричат им птицы,
    что мир остается прежним.
    Да. Остается прежним.
    Ослепительно снежным.
    И сомнительно нежным.
    Мир остается лживым.
    Мир остается вечным.
    Может быть, постижимым,
    но все таки бесконечным.
    И, значит, не будет толка
    от веры в себя, да в Бога,
    и, значит, остались только
    Иллюзия и Дорога.
    И быть над землей закатам,
    и быть над землей рассветам.
    Удобрить ее солдатам.
    Одобрить ее поэтам.
     
  9. dro4un007

    dro4un007 Гость

    spawn[xxx], офигеть. я тоже обожаю это стихотворение :)) прикольное.

    Добавлено спустя 7 минут 48 секунд:</span>

    вот ещё, правда, грустное.

    Гладиаторы
    <span style="color:darkred"> Простимся.
    До встреч в могиле.
    Близится наше время.
    Ну, что ж?

    Мы не победили.
    Мы умрем на арене.
    Тем лучше.
    Не облысеем
    от женщин, от перепоя.

    ...А небо над Колизеем
    такое же голубое,
    как над родиной нашей,
    которую зря покинул
    ради истин,
    а также
    ради богатства римлян.

    Впрочем,
    нам не обидно.
    Разве это обида?
    Просто такая,
    видно,
    выпала нам
    планида...

    Близится наше время.
    Люди уже расселись.
    Мы умрем на арене.

    Людям хочется зрелищ.


    (С) И. Бродский
     
  10. вот интересно, как бы отнесся поэт к тому, что на "дрочливом форуме" его творения не только обсуждаются, но и признаются "прикольными":)

    Конечно, АО - это не Коктебельская бухта, но все же...

    Когда так много позади
    всего, в особенности - горя,
    поддержки чьей-нибудь не жди,
    сядь в поезд, высадись у моря.
    Оно обширнее. Оно
    и глубже. Это превосходство -
    не слишком радостное. Но
    уж если чувствовать сиротство,
    то лучше в тех местах, чей вид
    волнует, нежели язвит

    Наш форум тоже... "волнует, нежели язвит"...

    ради этого настоения и такого сравнения не жаль
     
  11. dro4un007

    dro4un007 Гость

    Гром Ударов, я думаю Поэт был бы не против. :)
    ну, по крайней мере, словцом он этим не брезговал. как-то я встречал пару раз :) вот, кажется в школьной антологии...сейчас процитирую...

    ...
    Ю. Сандул. Добродушие хорька.
    Мордашка, заострявшаяся к носу.
    Наушничал. Всегда -- воротничок.
    Испытывал восторг от козырька.
    Витийствовал в уборной по вопросу,
    прикалывать ли к кителю значок.
    Прикалывал. Испытывал восторг
    вообще от всяких символов и знаков.
    Чтил титулы и звания, до слёз.
    Любил именовать себя "физорг".
    Но был старообразен, как Иаков,
    считал своим бичем фурункулез.
    Подвержен был воздействию простуд,
    отсиживался дома в непогоду.
    Дрочил таблицы Брадиса. Тоска.
    Знал химию и рвался в институт.
    Но после школы загремел в пехоту,
    в секретные подземные войска.
    ...

    (С) И. Бродский

    впрочем, там оно не по теме, но всё-таки...

    а вот ещё одно из любимых, всегда с удовольствием перечитываю

    Пророчество

    М. Б.

    Мы будем жить с тобой на берегу,
    отгородившись высоченной дамбой
    от континента, в небольшом кругу,
    сооруженном самодельной лампой.
    Мы будем в карты воевать с тобой
    и слушать, как безумствует прибой,
    покашливать, вздыхая неприметно,
    при слишком сильных дуновеньях ветра.

    Я буду стар, а ты -- ты молода.
    Но выйдет так, как учат пионеры,
    что счет пойдет на дни -- не на года, --
    оставшиеся нам до новой эры.
    В Голландии своей наоборот
    мы разведем с тобою огород
    и будем устриц жарить за порогом
    и солнечным питаться осьминогом.

    Пускай шумит над огурцами дождь,
    мы загорим с тобой по-эскимосски,
    и с нежностью ты пальцем проведешь
    по девственной, нетронутой полоске.
    Я на ключицу в зеркало взгляну
    и обнаружу за спиной волну
    и старый гейгер в оловянной рамке
    на выцветшей и пропотевшей лямке.

    Придет зима, безжалостно крутя
    осоку нашей кровли деревянной.
    И если мы произведем дитя,
    то назовем Андреем или Анной.
    Чтоб, к сморщенному личику привит,
    не позабыт был русский алфавит,
    чей первый звук от выдоха продлится
    и, стало быть, в грядущем утвердится.

    Мы будем в карты воевать, и вот
    нас вместе с козырями отнесет
    от берега извилистость отлива.
    И наш ребенок будет молчаливо
    смотреть, не понимая ничего,
    как мотылек колотится о лампу,
    когда настанет время для него
    обратно перебраться через дамбу.

    1 мая 1965


    (С) И. Бродский
     
  12. dro4un007

    dro4un007 Гость

    у нас тут сегодня мороз был под 30 градусов, завтра ещё меньше обещают. вот, решил запостить :)
    стихотворение в тему сильнейших морозов на территории России:

    Откуда к нам пришла зима,
    не знаешь ты, никто не знает.

    Умолкло все. Она сама
    холодных губ не разжимает.
    Она молчит. Внезапно, вдруг
    упорства ты ее не сломишь.
    Вот оттого-то каждый звук
    зимою ты так жадно ловишь.

    Шуршанье ветра о стволы,
    шуршанье крыш под облаками,
    потом, как сгнившие полы,
    скрипящий снег под башмаками,
    а после скрип и стук лопат,
    и тусклый дым, и гул рассвета...
    Но даже тихий снегопад,
    откуда он, не даст ответа.

    И ты, входя в свой теплый дом,
    взбежав к себе, скажи на милость,
    не думал ты хоть раз о том,
    что где-то здесь она таилась:
    в пролете лестничном, в стене,
    меж кирпичей, внизу под складом,
    а может быть, в реке, на дне,
    куда нельзя проникнуть взглядом.

    Быть может, там, в ночных дворах,
    на чердаках и в пыльных люстрах,
    в забитых досками дверях,
    в сырых подвалах, в наших чувствах,
    в кладовках тех, где свален хлам...
    Но видно, ей там тесно было,
    она росла по всем углам
    и всё заполонила.

    Должно быть, это просто вздор,
    скопленье дум и слов неясных,
    она пришла, должно быть, с гор,
    спустилась к нам с вершин прекрасных:
    там вечный лед, там вечный снег,
    там вечный ветер скалы гложет,
    туда не всходит человек,
    и сам орел взлететь не может.

    Должно быть, так. Не все ль равно,
    когда поднять ты должен ворот,
    но разве это не одно:
    в пролете тень и вечный холод?
    Меж ними есть союз и связь
    и сходство -- пусть совсем немое.
    Сойдясь вдвоем, соединясь,
    им очень просто стать зимою.

    Дела, не знавшие родства,
    и облака в небесной сини,
    предметы все и вещества
    и чувства, разные по силе,
    стихии жара и воды,
    увлекшись внутренней игрою,
    дают со временем плоды,
    совсем нежданные порою.

    Бывает лед сильней огня,
    зима -- порой длиннее лета,
    бывает ночь длиннее дня
    и тьма вдвойне сильнее света;
    бывает сад громаден, густ,
    а вот плодов совсем не снимешь...
    Так берегись холодных чувств,
    не то, смотри, застынешь.

    И люди все, и все дома,
    где есть тепло покуда,
    произнесут: пришла зима.
    Но не поймут откуда.

    ноябрь 1962


    (С) И. Бродский
     
  13. автору сабжа...

    В душе моей огонь горит прекрасный,
    Его зажгли Вы - автор слов бесценных.
    Перо в руке, чернила, шарф атласный...
    Пишите дальше, радуйте нас бренных

    (это не Бродский)
     
  14. dro4un007

    dro4un007 Гость

    Гром Ударов, ой спасибо спасибо. :) польщён. благодарю.
    постараюсь оправдать ваши надежды. :)

    спасибо всем за поддержку!
     
  15. dro4un007

    dro4un007 Гость

    К садовой ограде

    Снег в сумерках кружит, кружит.
    Под лампочкой дворовой тлеет.
    В развилке дерева лежит.
    На ветке сломанной белеет.
    Не то, чтобы бело-светло.
    Но кажется (почти волнуя
    ограду) у ствола нутро
    появится, кору минуя.

    По срубленной давно сосне
    она ту правду изучает,
    что неспособность к белизне
    ее от сада отличает.
    Что белый свет -- внутри него.
    Но, чуть не трескаясь от стужи,
    почти не чувствуя того,
    что снег покрыл ее снаружи.
    Но все-таки безжизнен вид.
    Мертвеет озеро пустое.
    Их только кашель оживит
    своей подспудной краснотою.

    1964


    (С) И. Бродский

    Добавлено спустя 2 минуты 5 секунд:

    о, господа, поздравьте меня!

    сегодня я стал студентом сей великой Академии! :)
     
  16. поздравляем, это самый трогательный момент за всю историю обретения студенческих билетов:)
     
  17. dro4un007

    dro4un007 Гость

    спасибо!

    вот тут нашел белое стихотворение Поэта, причем даже с символичным названием :)

    Письмо в академию

    Как это ни провинциально, я
    настаиваю, что существуют птицы
    с пятьюдесятью крыльями. Что есть
    пернатые крупней, чем самый воздух,
    питающиеся просом лет
    и падалью десятилетий.
    Вот почему их невозможно сбить
    и почему им негде приземлиться.
    Их приближенье выдает их звук --
    совместный шум пятидесяти крыльев,
    размахом каждое в полнеба, и
    вы их не видите одновременно.
    Я называю их про себя "углы".
    В их опереньи что-то есть от суммы комнат,
    от суммы городов, куда меня
    забрасывало. Это сходство
    снижает ихнюю потусторонность.
    Я вглядываюсь в их черты без страха:
    в мои пятьдесят три их клювы
    и когти -- стершиеся карандаши, а не
    угроза печени, а языку -- тем паче.
    Я -- не пророк, они -- не серафимы.
    Они гнездятся там, где больше места,
    чем в этом или в том конце
    галактики. Для них я -- точка,
    вершина острого или тупого --
    в зависимости от разворота крыльев --
    угла. Их появление сродни
    вторженью клинописи в воздух. Впрочем,
    они сужаются, чтобы спуститься,
    а не наоборот -- не то, что буквы.
    "Там, наверху", как персы говорят,
    углам надоедает расширяться
    и тянет сузиться. Порой углы,
    как веер складываясь, градус в градус,
    дают почувствовать, что их вниманье к вашей
    кончающейся жизни есть рефлекс
    самозащиты: бесконечность тоже,
    я полагаю, уязвима (взять
    хоть явную нехватку в трезвых
    исследователях). Большинство в такие
    дни восставляют перпендикуляры,
    играют циркулем или, напротив, чертят
    пером зигзаги в стиле громовержца.
    Что до меня, произнося "отбой",
    я отворачиваюсь от окна
    и с облегченьем упираюсь взглядом в стенку.

    1993, Нью-Йорк

    (С) И. Бродский


    в этой связи, меня интересует такой вопрос, а как вы относитесь к белым стихотворениям?
     
  18. spawn[xxx]

    spawn[xxx] Гость

    dro4un007
    В каком смысле " белые" стихотворения"?
     
  19. dro4un007

    dro4un007 Гость

    spawn[xxx]
    ну, так называются нерифмованные стихотворения либо стихотворения, в которых очень мало рифм, и они совсем неточные.
     
  20. spawn[xxx]

    spawn[xxx] Гость

    dro4un007
    А понятно. я нормально отношуь, не то что бы мне особенно нравится именно такие стихотворения. Но среди стихотворений , в которых мало рифмы есть весьма хорошие.
     
Статус темы:
Закрыта.

Поделиться этой страницей