Драть резиновой плеткой?

Тема в разделе "Архив", создана пользователем Онан 3, 18 дек 2005.

  1. Онан 3

    Онан 3 Гость

    ХОчу!

    Добавлено спустя 43 секунды:

    Ребята, ребята!
    Не надо ссориться!!!
     

  2. Онан 3
    Розгами тебя надо... да с солью! :)
     
  3. Онан 3

    Онан 3 Гость

    Кантрибобрик
    Да да да!
    Хочу, приезжай, отдерешь меня!!!
    Это круто!
     
  4. Онан 3
    Ты за слова отвечаешь?! Что если я приеду?!
     
  5. Онан 3

    Онан 3 Гость

    Кантрибобрик
    Я всегда отвечаю за свои словаВЁ
     
  6. Онан 3
    Ехать к тебе далеко... а то б я тебя!
     
  7. Онан 3

    Онан 3 Гость

    Кантрибобрик
    А жаль... :(
     
  8. Онан 3
    Ты же, вроде из небольшого городка на севере России, который даже немцы брать не стали... так окружили и все... да?
     
  9. Онан 3

    Онан 3 Гость

    Кантрибобрик
    Ага...
     
  10. Онан 3
    Вот... а жил бы ты у нас в БОБРуйске... я бы времени не пожалел... и не жди пощады... всыпал бы так всыпал! Потом бы за компом стоя флудил!
     
  11. Онан 3

    Онан 3 Гость

    Кантрибобрик
    Эх, жаль что я не в БОБРуйске! Очень хотелось бы!
    Народ, может ктонить из Питера мне поможет?
     
  12. Я готов помочь!
     
  13. Онан 3

    Онан 3 Гость

    Драчевый Напильник
    Правда?
    Я буду очень рад!
     
  14. drone904

    drone904 Гость

    Вот пока почитай, разомнись! :)))
    Припекало, и Женька прибавил шаг. Не было еще и двенадцати, а солнце жарило так, как в пустыне Сахара. парнишка пожалел, что одел джинсы - вполне хватило бы и шортов, но не возвращаться же из-за этого домой! К тому же времени оставалось не так много, а опаздывать не следовало.

    Впереди замаячило желтое с колоннами здание клуба. Теперь следовало быть поосторожнее; Женька свернул с тротуара на боковую дорожку, обошел сквер и устроился на скамейке за одной из колонн. Позиция, что ни говори, была выгодная - отсюда просматривался весь бульвар, пустынный в это время дня, тогда как Женьку никто не видел.
    Своего одноклассника Андрюху Шабаева парнишка разглядел сразу. Одетый, как и полагалось, в шортики и футболку, тот сидел на третьей скамейке от входа в клуб и то и дело поглядывал на большие часы, висевшие на столбе. Их стрелки уже подошли к двенадцати и Андрюха явно нервничал. Другие скамейки были пусты, в такую жару никто не хотел отдыхать на бульваре, даже в тени.

    Когда и откуда появились эти двое парней, Женька не заметил. Он отвлекся всего на секунду, провожая взглядом большой белый автобус с красной полосой на боку и прицепом-"гармошкой", а когда снова посмотрел не аллею, эти двое уже устроились на лавочке рядом с Андрюхой. Женька чуть не присвистнул - он ожидал, что прийдет тот самый немолодой дядька в светлой летней шляпе, с которым Шабаев частенько встречался именно на этой скамейке ровно в двенадцать часов, а получилось немного по-другому!

    Один из парней, круглолицый здоровяк лет двадцати, что-то говорил Андрюхе; тот отчаянно мотал головой, видимо, от чего-то отказываясь. Тогда амбал, похоже, рассердившись, положил свою здоровенную ручищу на шорты парнишки и так сдавил "хозяйство" Андрюхи, что тот едва не подпрыгнул. Здоровяк, не убирая руку, снова стал что-то говорить; Шабаев еще некоторое время отнекивался, но в конце концов сдался и, опустив глаза, кивнул головой. Тогда парень похлопал его по коленке и все трое поднялись с лавочки.

    Женька тоже вскочил на ноги. Теперь важно было не упустить их и смотреть, куда же они направляются. Как назло, бульвар был совершенно пустынным; пришлось идти по тротуару, то и дело поглядывая на аллею, по которой шагал Шабаев и парни. Они шли быстро, видимо куда-то торопились. Женька вздохнул с облегчением, когда трое свернули с бульвара на Советскую, главную улицу городка, ведущую к вокзалу. Здесь людей было куда больше, так что риск быть обнаруженным сводился к минимуму.

    Между тем компания, за которой усердно наблюдал Женька , двигалась в направлении вокзала. Парнишка следовал за ними по другой стороне улицы; к счастью, Шабаев надел сегодня красную футболку и перепутать его с кем-то еще было невозможно.

    Троица явно направлялась на вокзал, причем, как понял Женька , они собирались куда-то ехать, а не шли кого-то встречать. Здоровяк несколько раз смотрел на часы, похоже, боялся опоздать. На привокзальной площади они прибавили шаг, ловко лавируя в потоке людей и, пройдя насквозь через маленькое здание вокзала, вышли на перрон. Женька колебался всего секунду; чтобы не попасться им на глаза, он обежал вокзал справа и тоже оказался на платформе.

    Электричка из города только что пришла - шесть пыльных старых вагонов с открытыми нараспашку дверьми. Стараясь не потерять из виду красную футболку, Женька вскочил в четвертый вагон; кажется, паренька никто не заметил. Он уселся в тамбуре на какой-то низенький металлический ящик и поезд тронулся.

    Билетов тут не проверяли - электрички ходили всего несколько раз в день. Ехали медленно; на каждой остановке Женька высовывался в дверь и смотрел, не мелькнет ли на платформе красная футболка. Но на Алексином Боре Шабаев не вышел, не было его и в Луговой, и в Березке, а в Пойме и вовсе не сошел ни один пассажир. До конечной оставалось всего две остановки; Женька уже решил, что они едут до конца, когда поезд подкатил к платформе Сто восемьдесят девятого километра.

    Здесь было не очень-то удобное место - к железнодорожному пути спускались два высоких откоса, поросших лесом. К тому же колея тут делала поворот и начало поезда видно не было. Женька заранее открыл дверь и уже издалека увидел на платформе чью-то фигуру, которая показалась ему знакомой. Электричка подошла поближе; да, сомнений быть не могло - на перроне стоял тот самый немолодой дядька, с которым Шабаев встречался на скамейке у клуба! Он стоял в самом начале платформы и, когда вагоны, наконец, замерли, возле головного мелькнула красная футболка.

    Не медля ни секунды, Женька открыл дверь с противоположной стороны вагона и выскочил наружу. Электричка стояла здесь немного дольше обычного и он успел добежать до росших на откосе кустов и спрятаться за ними. Когда поезд с гулом скрылся за поворотом, парнишка осторожно поглядел в начало платформы.

    Здоровяк почему-то поехал дальше; с Андрюхой был другой, в клетчатой рубахе с закатанными рукавами, - на бульваре Женька так и не смог толком рассмотреть его лицо. Держа Шабаева за локоть, парень подвел его к пожилому. Тот что-то спросил, Шабаев молча кивнул и опустил голову. тогда дядька, видимо, сильно рассерженный чем-то, с размаху залепил Андрюхе крепкий подзатыльник, потом еще и еще. Досталось и клетчатому; на вид ему было лет восемнадцать, но Женька мог и ошибиться. Затем оба повернулись и стали подниматься на откос по едва заметной тропинке. Пожилой пошел следом.

    Важно было не пропустить их и не потерять из виду. Едва они поднялись наверх и исчезли за деревьями, Женька со всего маху слетел вниз и бегом взобрался на откос с другой стороны. И вовремя - красная футболка еще не успела скрыться в лесу. Подходить близко было никак нельзя, ведь кто-то мог невзначай обернуться и поэтому пришлось действовать весьма осторожно.

    Шли с час. Женька старался запомнить обратную дорогу, чтобы вернуться на электричку. Это было не так просто сделать. К счастью, они вскоре вышли на опушку леса, к полю и довольно долго шагали никуда не сворачивая. Женька посчитал, что прошагал за ними уже километров шесть, а никто ни разу не попался им навстречу.

    Женька догадывался, что Андрюху наверняка будут "использовать". Он один, и то случайно, узнал про то, чем занимается Шабаев, но никому об этом не сказал, - хотелось взглянуть, как и с кем это проделывают. Но вот то, что Шабаева привезли в такую глухомань, было несколько странно.

    Компания снова свернула в лес. Тут было еще хуже: приходилось обходить когда-то поваленные деревья, рискуя потерять из виду Шабаева и его сопровождающих. хорошо хоть, что они говорили между собой о чем-то, расслышать слов было невозможно, но на звук все же ориентироваться легче.

    Высокий дощатый забор показался перед Женькой совершенно неожиданно. Парень в клетчатом толкнул калитку, пропустил Андрюху; за ним вошел пожилой и Женька услышал звук запираемого засова. Теперь важно было проникнуть внутрь, ведь все самое интересное должно было происходить там. К сожалению, в заборе не было ни единой щелки, но Женьке повезло _ чуть в стороне несколько досок держались буквально "на честном слове" и паренек без особого труда пробрался туда, куда и хотел.

    Ничего особенного он там не увидел. Небольшой бревенчатый дом с застекленной верандой стоял в стороне; к нему от калитки шла такая же едва заметная дорожка. Везде вокруг был лес, только небольшая площадка перед входом была аккуратно расчищена и посыпана гравием. Ясно, что тут ничего интересного происходить не могло и Женька решил рискнуть и подобрался поближе к дому; возможно, одно из окон будет не закрыто и через него удастся кое-что увидеть.

    Убедившись на всякий случай, что вокруг никого не видно, парнишка осторожно двинулся вперед, скрываясь за деревьями и кустами. Ему попалась тропинка, ведшая куда-то вглубь участка; по ней, видимо, ходили довольно часто.

    Дом был как на ладони. Как и предполагал Женька , все окна были открыты, а занавески на многих сдвинуты в сторону, так что увидеть, что находится внутри, не составляло труда. Парнишка спрятался в тени за стволом дерева, шагах в десяти от окна - позиция была замечательная. Он увидел прямо перед собой пожилого дядьку; тот успел переодеться в халат, и теперь курил; дым тонкими полосками стлался в почти неподвижном воздухе.

    Дверь в комнату приоткрылась, и кто-то, - Женька , увы, не разглядел, кто, - ввел туда Андрюху, а сам вышел.

    - Что, пацан, сдрейфил сегодня? - словно продолжая начатый разговор, спросил пожилой. - Ничего, мы тебе тут кое-что приготовили, покрепче, чем в тот раз! Пора тобой как следует заняться, а, пацан?

    - Пора... - со вздохом кивнул Шабаев.

    - То-то же! - усмехнулся дядька. - Давай, готовься...

    Андрей на минуту вышел из поля женькиного зрения, а когда появился снова, на нем были только обыкновенные черные трусы, длиной где-то повыше середины бедра.

    - Покажи! потребовал пожилой, и Андрюха послушно опустил их вниз.

    - Теперь задницу!

    Парнишка повернулся.

    - Хорошо! - дядька похлопал аккуратную незагорелую попку. - Тридцать "горяченьких" тебе для разминочки, а там поглядим... Иди, скажи Валере, что я велел тебе тридцать дать, и больше не дрейфь, понял?!

    Шабаев кивнул в ответ и вышел из комнаты. Через несколько секунд хлопнула дверь веранды и здоровенный, почти как в электричке, парень в шортах вывел из дома Андрюху. Женькин одноклассник был в одних трусах, босой; парень держал его за плечо. Они отправились куда-то по той самой тропинке, через которую прошел Женька , направляясь на свой наблюдательный пост. Он уже хотел покинуть его и пойти попробовать посмотреть, что там будут делать с Андрюхой, как из комнаты снова донеслись голоса. На этот раз туда вошел паренек в клетчатой рубашке.

    - Ну вот, Сережка! А тебе сегодня больно будет, знаешь? - почти весело спросил его пожилой. Это, похоже, нисколько не смутило парнишку:

    - Знаю! - улыбнулся он в ответ. - Ремнем будут, или розгами, хозяин?

    - Тебя-то, конечно, розгами! Чтоб побольнее... Ты раздевайся, а то мне аж не терпится за вас приняться!

    Парнишка тоже отошел куда-то в сторону, а хозяин продолжал говорить, зная, что его слушают внимательно:

    - Вот снимешь ты трусики, привяжем мы тебя крепко-крепко, и розгами пройдемся, и по спинке, и по попке, и по ножкам... Ну-ка покажи, как там у тебя?

    Паренек подошел к хозяину и быстренько спустил до колен трусы, точно такие же, как и у Шабаева. Дядька пощупал ягодицы, слегка ущипнул их и поднялся:

    - Ну все, пошли!

    На этот раз из дома вышли трое - сам хозяин, еще один здоровяк, поразительно похожий на Валеру и Сережа, в одних трусах, руки за спиной, босые ноги шуршат по траве. Женька пропустил их довольно далеко вперед, а потом, движимый любопытством, отправился туда сам. Тропинка извивалась так же, как в лесу, но была протоптана куда лучше, и опасности заблудиться не было. Деревья неожиданно кончились и Женька увидел впереди широкую поляну.

    Посредине ее возвышалось напоминающее склад сооружение без окон, с широкой железной дверью в передней стене. Все трое вошли туда и закрыли ее за собой. Только тогда Женька вышел на поляну. Пробраться внутрь не было никакой возможности - парнишка несколько раз оглядел вход и решил обойти это строение в надежде, что в него имеется еще какая-нибудь возможность попасть.

    Здание это было практически квадратным. Окна в нем все же существовали, но все до единого были закрыты плотными ставнями, так что пролезть в окно не получилось бы никак. Женька обошел дом вокруг и у самой задней стены все-таки обнаружил то, что хотел - спускавшуюся с крыши металлическую пожарную лестницу. Ее нижняя ступенька висела на высоте двух метров от земли; Женька подпрыгнул, подтянулся на руках, и стараясь не греметь, забрался на горячую железную крышу.

    Лестница выходила прямо напротив слухового окна, разумеется, лишенного не только стекла, но и рамы вообще. Женька юркнул внутрь чердака; такое же окно выходило и во внутренний двор. парнишка очень осторожно подкрался к нему и глянул вниз.

    Он не успел толком рассмотреть то, что там находилось, потому что открылась еще одна дверь, откуда-то сбоку, и из нее вывели Шабаева. он был уже совершенно голый и Женька с удивлением заметил, что над кончиком у него нет ни одного волоска. Валера и второй парень подвели Андрюху к невысокому помосту и ловко повалили на него. Шабаев совершенно не сопротивлялся, как будто все было как на уроке физкультуры в их с Женькой школе.

    Валера взял веревку и не спеша связал лежавшему на животе парнишке ноги у щиколоток; другим концом этой же веревки он туго прикрутил Шабаева к тому, на чем он лежал. Потом они свели за спину андрюхины руки и связали их у запястья. Валера вытащил откуда-то одну веревку, с металлическим крючком на конце. Он прицепил крючок к той веревке, что стягивала руки парнишки и подошел к стене напротив. В нее был вмурован металлический крюк; Валера продел в него свободный конец веревки и потянул. Связанные за спиной руки Шабаева стали медленно подниматься вверх.

    Женька слышал, как Андрюха сначала застонал, потом закричал от боли, но Валера не обращал на это внимания и тянул еще и еще. Тело Шабаева приподнялось, он судорожно дрыгал связанными ногами, и лишь когда суставы вывернулись донельзя, а голова уперлась лбом в доски, Валера закрепил веревку и кивнул напарнику:

    - Зови хозяина, Костик! Все готово!

    Хозяин явился очень быстро. Он снял свой халат и остался в одних шортах; следом за ним Костик нес ведро с довольно длинными, едва ли не в метр, тонкими гибкими прутьями.

    Женька замер. Он сидел в духоте чердака на брошенной кем-то пыльной рабочей фуфайке; футболка валялась рядом, брюки вместе с трусами паренек спустил до колен. Его кончик напрягся чересчур основательно, и пришлось временно убрать лишнюю помеху. Поглаживая и теребя упрямо торчащий кверху меленький член, Женька , не отрываясь, глядел в окно, стараясь не пропустить ничего из того, что там происходило.

    Костик поставил ведро неподалеку. Хозяин проверил, крепко ли привязан Шабаев, сильными руками провел по голому загорелому телу, сильно сжал ягодицы. Коснувшись пальцем невидимой сверху дырочки между ними, он усмехнулся и кивком приказал подать розги.

    Валера тут же отделил несколько, отряхнул с них воду и услужливо протянул хозяину. Тот несколько раз провел ими по воздуху, словно проверяя, насколько они хороши. Голенькая шабаевская попка была рядом; казалось, что она так и просила отведать жгучих прутьев. Хозяин прищурился, словно прицеливаясь, размахнулся; розги со свистом прочертили в воздухе почти правильный полукруг и обрушились на андрюхины ягодицы, оставив на них длинные багровеющие полоски.

    Шабаев заорал во всю глотку, забился на своем ложе, рискуя вывихнуть суставы. Валера сдавил паренька своими ручищами, но орать Андрюха не перестал; хозяин, видя, что можно продолжать, снова занес розги над головой.

    Второй удар получился ничуть не слабее первого. Шабаев орал настолько пронзительно, что у Женьки едва не заложило уши. на андрюхиной заднице красовалось уже несколько больше полосок, а до конца "экзекуции" оставалось еще аж двадцать восемь "горячих"! Костик незаметно отошел куда-то, и когда вернулся, у него в руке была резиновая "груша" - кляп. С некоторым трудом Валера и Костик затолкали ее в рот Шабаеву. Теперь он уже не кричал, а только стонал; хозяин снова поднял вверх прутья, и Валера стиснул сильными руками извивающееся на помосте тело.

    Порка продолжалась. Андрюхина попка тем временем была уже ярко-красной, а донельзя возбудившийся Женька насчитал тем временем уже двадцать "горячих". Шабаев, видимо, устал орать, или, может быть, притерпелся; во всяком случае, дрыгался он куда меньше, хотя задница его представляла собой зрелище весьма интересное.

    Тем временем Костик привел Сережку, тоже голенького, с таким же аккуратно выбритым лобком. Парнишка уважительно поглядел, как секут Шабаева и поинтересовался:

    - А меня как? Тоже лежа?

    - Тоже... - Валера отпустил Андрюху и подошел к нему. Сережка без лишних разговоров сам забрался на такой же помост и улегся там, вытянув руки вперед. Валера аккуратно связал их, а тем временем Костик проделал то же самое с ногами парнишки. Тот лежал совершенно спокойно, не обращая никакого внимания на стоны Шабаева, будто его не собирались жестоко наказать, а так, сделать всего лишь легонький массажик.

    Между тем Андрюха получил свои тридцать. Его попку нельзя было узнать, настолько здорово потрудились над ней розги хозяина. Валера и Костик развязали парнишку, оставив лежать на помосте, а сами подошли к Сережке. Шабаев дрожал и стонал, растирая обеими руками пунцовые ягодицы, и можно было представить, каково он себя сейчас чувствовал - должно быть, неважно.

    А Сережке даже не вставляли кляп - парнишка, похоже, был уже достаточно дрессированный, и порки, даже розгами, не боялся. Хозяин закурил, отдыхая, пощупал свежепоротую попку Шабаева.

    - Вставьте ему карандашик! - услышал Женька . Костик тотчас ушел в дом и принес довольно длинный и толстый резиновый штырь, закругленный с одного конца. Шабаев, сопя, стал на помосте раком; Костик окунул конец штыря в банку с какой-то жидкостью, белой и густой, а Валера обеими руками раздвинул ягодицы паренька. Дырочку в попке Женька не видел, но сразу догадался, для чего предназначен резиновый штырь. Он не ошибся - Костик смазал вокруг отверстия той же самой жидкостью и подвел инструмент к самым краешкам. Шабаев вскрикнул; Костик с видимым усилием, покручивая, ввел штырь между ягодицами парнишки, причем довольно глубоко, - Женьке показалось, что сантиметров на пятнадцать, не меньше. Андрюха остался стоять с торчащим наружу концом резинки, то и дело охая и морщась от боли, а все остальные - хозяин, Валера и Костик, - принялись за Сережу, смирненько ожидавшего своей участи.

    Хозяин снова обмакнул розги в ведро с водой. Казалось, он нисколько не устал, выдав три десятка "горячих" Андрюхе, потому как первый удар нанес с ничуть не меньшей силой. На розовой коже сразу проступили полоски; паренек вздрогнул всем телом, и только негромко простонал. Валера и Костик стояли в сторонке и смотрели за происходящим. Второй удар хозяина пришелся ниже попки, на бедра парнишки - там тоже зарделись следы от прутьев.

    Хозяин сдержал свое обещание. Он не торопился выдать сразу побольше "горячих", а стегал размеренно, всякий раз направляя свои удары по разным частям тела Сережки - спина, от самой шеи, ягодицы, бедра и даже икры ног покрывались красными полосками. парнишка не кричал, хотя лупили его очень даже основательно; он только стонал, немного громче, если удар приходился на какое-нибудь чувствительное место. Причем секли Сережку не только поперек тела, но и вдоль, стараясь не оставить нетронутым ни одного кусочка кожи.

    Особенно крепко досталось ягодицам. Каждый третий удар приходился именно по ним и красные полосы на них скоро слились в одно сплошное пятно. Сначала Женька считал, сколько достанется парнишке, но потом бросил это занятие, - лучше было просто смотреть. Так интересно! Розги без перерыва жгли распростертое на досках тело, принося пареньку жестокие страдания, но тот только вздрагивал под ударами, ничуть не пытаясь как-то облегчить свою участь.

    Когда хозяин, видимо, устав, отложил розги и вытянул из кармана сигарету, за дело взялся Валера. У того дело пошло ничуть не хуже, прутья так и свистели в воздухе. Валера стегал с оттягом, задерживая на мгновение розги на том месте, куда они только что опустились, а потом еще и проводя прутьями по исхлестанной коже. Сережка застонал погромче - видимо, так было чуточку больнее, чем когда его порол хозяин.

    Потом наступила очередь Костика. Тело паренька на помосте казалось красным; на нем уже, наверное, не оставалось ни одного живого места, но порка продолжалась. Костик тоже порол не спеша, не так сильно, как Валера, но и не давал пареньку ни малейшего послабления. Особенно болезненными выходили у него удары вдоль ягодиц; тогда прутья доставали и до дырочки, весьма чувствительного места. Один раз Сережка, как показалось Женьке , даже едва было не вскрикнул, но все-таки сдержался.

    Вообще держался он молодьцом - Шабаеву даже рот заткнули, чтобы не орал, а этот, видимо, так уже привык к розгам, что и боли-то не чувствовал, как полагается! А лупили Сережку немало, причем очень и очень сильно!

    - Довольно! - наконец приказал хозяин и Костик сразу опустил розги.

    Сережку отвязали и он, сопя и шмыгая носом, встал с помоста. Женька не поверил своим глазам - кончик паренька напрягся донельзя, как после хорошей дрочки и торчал кверху! Даже кожица сползла с головки и опустилась вниз!

    Хозяин со знанием дела потрогал хвостик, сжал яички, провел пальцами по свежевыбритому лобку. Парнишка улыбнулся, как будто его и не лупили только что розгами трое здоровых мужиков.

    - Становись рачком! - приказал хозяин. - Постой с карандашиком, а мы пока с этим продолжим...

    Сережка послушно стал в позу; Валера вытащил резиновый штырь из попки Шабаева и после соответствующей обработки инструмент занял место между пунцовых половинок сережкиной попки. вошел он туда гораздо легче, чем к Шабаеву и даже еще поглубже.

    - Встать! - приказал Шабаеву хозяин. Паренек, сверкая свежевыпоротой попкой, послушно слез с помоста. Валера и Костик отвели его к стене; Женька давно обратил внимание на торчащие из нее крюки, но сразу не сообразил, для чего они нужны. Андрюху поставили спиной к стене и заставили широко расставить ноги. Валера привязал их за щиколотки к крюкам; потом паренек послушно поднял вверх руки, тоже разведя их в стороны, и Костик проделал то же самое с его запястьями, туго прикрутив их к крюкам.

    Затем оба парня взяли щетки - обыкновенные, с жесткой щетиной, какими чистят пальто или что-нибудь другое. Валера с силой принялся натирать кожу на лобке и яичках паренька, не забывая и про кончик, который ни с того ни с сего напрягся, а Костик взялся за грудь, особенно тщательно проводя по соскам и захватывая подмышки. Шабаев морщился, но не стонал; видимо это не было чересчур больно.

    Скоро кожа на этих местах основательно покраснела и тогда появились прищепки, тоже самые обыкновенные, ими хозяйки прицепляют к веревкам белье, чтобы его не унесло ветром. Оттягивая кожу, Валера и Костик надевали их на предварительно натертые места; три у правого соска, три у левого, потом на мочки ушей, на нос и подмышками. Кончик и яички "отделывали" особенно старательно; Андрюха несколько раз даже негромко вскрикнул, кода очередная прищепка вцепилась в освобожденную от кожицы головку.

    Затем Валера несколько раз обмотал веревкой яички паренька и прикрепил к другому ее концу грузик - гирьку; правда, разобрать, какого веса, Женька не смог. Шабаев вздрогнул, яички оттянулись вниз, а Валера проверил, хорошо ли парнишка привязан и не отскочат ли прищепки.

    Такую же операцию провели и с Сережкой. Тот даже не поморщился, когда Костик с Валерой принялись вовсю орудовать щетками и потом стали ставить прищепки. Оба паренька замерли у стены; хозяин тоже проверил, насколько надежно все сделано и повернулся к своим помощникам:

    - Ну, вот и порядок! Эти пускай постоят до вечера, а пока... Надо и с вами заняться, а? А то уже забыли, что и как... Пошли со мной!

    Парни переглянулись и, не говоря ни слова, отправились вслед за хозяином к двери в дом.

    Только тут Женька заметил, что солнце стало ближе к верхушкам деревьев; вечерело, и надо было бы собираться на электричку. Паренек последний раз взглянул на Андрюху и Сережку, молча стоявших у стены, натянул джинсы и футболку и осторожно слез с чердака. Вокруг никого не было и Женька без приключений покинул территорию через дырку в заборе.

    Труднее оказалось добраться до платформы. Тропинка еле-еле различалась в траве и Женька едва не заблудился. К тому же он понятия не имел, как скоро будет электричка - на платформе не было ни касс, ни расписания. По дороге ему опять же не встретился ни один человек.

    Торопился Женька , как оказалось, не напрасно. Спускаясь с откоса к платформе, он увидел на ней несколько пассажиров, судя по всему, дачников, а вскоре из-за поворота показался тупой лоб электрички...
    * * *
    ... Прошло три дня. Женька по-прежнему ходил с приятелями на речку, по вечерам - в кино, благо каникулы были в разгаре и о школе даже и думать не хотелось.

    В пятницу, возвращаясь с пляжа, он вдруг увидел Андрюху Шабаева - тот как раз вышел из булочной, держа в руке сумку с хлебом.

    - Здорово! - Женька догнал одноклассника и хлопнул его по плечу.

    - Привет.... - уныло протянул Андрюха.

    - Чего ты такой ... сердитый? Наказали, что-ли?!

    - Да не-а... - Шабаев махнул рукой. - Завтра в лагерь еду, на месяц, а у меня... ну, короче, там... съездить кой-куда надо, и как раз завтра! Вот не повезло-то...

    - Поду-умаешь! - хмыкнул Женька . - После съездишь, как вернешься!

    Он сразу догадался, куда должен был ехать Шабаев, и даже знал, чем он там будет заниматься, но виду не подал - это не входило в женькины планы. Поговорив о всяких мелочах, ребята расстались и Женька отправился домой.

    Бабушка, у которой он проводил лето, уже уехала в город к сыну, - она навещала его регулярно, каждые выходные, и наступающее не было исключением. Все очень хорошо подходило для осуществления женькиного замысла, а замысел был таков: самому попробовать поехать вместо Шабаева и, если получится, испытать всю остроту ощущений. Легенду для предстоящей "операции" Женька придумал вполне подходящую, так что, скорее всего, все должно было получиться неплохо.

    Дома парнишка первым делом изучил расписание поездов. оказалось, что предыдущая электричка отправлялась без двадцати одиннадцать и это вполне устраивало Женьку . Он поставил будильник на половину десятого, наскоро перекусил и улегся спать.

    Электричка пришла вовремя. Женька на всякий случай купил билет и сел в последний вагон - так было надежнее. Состав на сей раз попался новый, с автоматическими дверьми, которые противно шипели, открываясь и запираясь. В четверть двенадцатого Женька сошел на разогретый солнцем дощатый перрон платформы сто восемьдесят девятого километра, - до встречи, если только она состоится, оставалось полтора часа.

    Уходить далеко от платформы Женька не решился - окрестностей он не знал и поэтому сел прямо на траву наверху откоса, откуда было видно далеко. Травинки приятно щекотали голые ноги парнишки; ради интереса он оделся точно так же как Андрюха Шабаев в прошлый раз -в шортики и красную футболку. Сидеть просто так, конечно, было скучно, но надежнее, по крайней мере Женька не пропустил бы того, кого ждал.

    Примерно через час прошла электричка в город. Из нее никто не вышел, да и вагоны были почти пустые. Снова настала тишина, нарушаемая только чириканьем птиц да стрекотанием кузнечиков, невидимых в высокой траве. Устав сидеть, Женька спустился вниз и от нечего делать принялся бродить взад-вперед по дощатой платформе, прямо около пахнущих креозотом шпал.

    Пожилого дядьку он увидел сразу. Парнишка как раз дошел до конца перрона и, повернувшись обратно, заметил, как тот не спеша спускается вниз по откосу. Пришло время действовать; когда хозяин вышел на платформу, Женька подошел к нему и спросил, по привычке прищурив левый глаз:

    - Извините, а вы не знаете, кода электричка будет в город?

    - Не скоро... - пожилой взглянул на часы. - Через час с лишним!

    - А ты откуда тут взялся?

    - А контролеры высадили! - самым беззаботным тоном сообщил Женька . - Никогда не было тут, а сегодня что-то.. Представляю, что мне будет, потому что опоздаю!

    - И что же? - с интересом спросил хозяин.

    - Высекут, точно! - ответил Женька , как будто речь шла не о наказании, а о походе в кино. Пожилой понимающе кивнул:

    - Это хорошо, полезно! Не боишься? Больно ведь!

    - Не-а! - улыбнулся Женька . - Мне нравится, чего такого! Раньше иногда больно было, а теперь привык! Я вообще, ну... люблю такие, всякие ну... мучения там, наказания... Чтоб заставляли, там, ну, подчиняться...

    Разговор прервала электричка, показавшаяся со стороны города. Из нее, как и ожидал Женька , никто не вышел - Шабаев, наверное, уже катил на автобусе в свой лагерь. Кода поезд скрылся за поворотом, пожилой недовольно покачал головой:

    - Странно... - он пристально оглядел парнишку и усмехнулся: А звать-то тебя как?

    - Женька ... - снова прищурившись, ответил паренек; - А вас?

    - Дядя Миша! - хозяин поглядел на часы. - Ну, рассказывай, любитель приключений, - подрачивать давно научился? А?!

    - А в лагере, я в то лето ездил... - засмеялся Женька . - Сначала пацаны научили там, ну... кто не первый раз туда уже! Налетели в спальне, ну... Мне понравилось, короче! А после вожатые нас засекли, ну, как мы там... Нас пятеро было, всех пятерых выпороли, ничего не сказали потом, правда! А после так делали: короче, в спальню заходят вечером: "ты, ты, ты, - со мной!" В вожатскую заводят, ну, к себе там: "снять трусы!" Снимаем, там, все такое... "а, ну, дрочить!" Кто последний спустит - тому ремня, во!

    - Я-ясно! - улыбнулся дядя Миша. - А в очко они вас там... брали?

    - Ага! Всех почти, одного только не успели, он заболел там... В изолятор попал, а там до конца смены и был! В рот давали тоже, лапали, особенно если кого накажут! В коридоре поставят, там, ну, идет кто-нибудь... Трусы заставит спустить, облапает, так, нормально, а после до конца тихого часа так и стоишь без трусов...

    - Ничего лагерек! - покачал головой хозяин. - А что в этот год не поехал, раз так понравилось тебе?

    - А, к бабке на все лето послали... - поморщился Женька . - А она чего, даже выпороть толком не может! пацаны тут скучные, все только на речку, целый день на песке валяться! С нашего класса еще один отдыхает тут, так себе пацан, скучный тоже...

    - Значит, скучаешь тут, да? - понимающе спросил дядя Миша. Женька кивнул: - Угу... Да бабка еще в город поехала, вообще! До самого понедельника, только вечером вернется...

    - Ну, ладно... - хозяин снова глянул на часы. - Сейчас проверим, какой ты послушный... Пойдем-ка вон туда!

    Они поднялись на откос и встали в стороне от тропинки, чтобы никто не мог разглядеть их. Дядя Миша негромко приказал пареньку?

    - Раздевайся! Как в лагере...

    Через несколько секунд Женька стоял перед ним уже совершено голый. хозяин пристально рассмотрел паренька, пощупал, - правда, не больно, - кончик, яички, заставил нагнуться и развести в стороны половинки аккуратной незагорелой попки. Дырочка казалась неплохо растянутой и дядя Миша довольно хмыкнул.

    Сначала он хотел "использовать" парнишку прямо на месте, отвести его чуть подальше от платформы и там прямо так, насухую, оценить его очко. Но отпускать мальчишку просто так не хотелось; к тому же из электрички на сто восемьдесят девятом километре никто почему-то не вышел. Поэтому дядя Миша решил все-таки отвести его к себе, а там, в спокойной обстановке, подвергнуть самым строгим наказаниям и жестоким мучениям. Женька терпеливо ждал, все еще держа раздвинутой попку.

    - Ну, хорошо! - кивнул хозяин. - Теперь ты пойдешь со мной в одно место и там покажешь, на что ты способен! - Эти слова он произнес тоном, не терпящим никаких возражений, как будто только так и никак не иначе должен был поступать Женька .

    Парнишка живо выпрямился. Получилось! Сейчас, уже скоро, он сможет испытать то же, что Шабаев и Сережка, сможет почувствовать то, от чего другие пацаны получают отнюдь не удовольствие! Женька повернулся к хозяину:

    - А... можно, я, ну... прямо так пойду... без трусов?

    - Нельзя! - закуривая, отказал дядя Миша. - Одевайся живей!

    Пришлось одеваться; застегнув ремешки сандалий, Женька в сопровождении хозяина отправился в лес. Воображение рисовало ему самые впечатляющие картины ближайшего будущего, от чего, понятное дело, быстренько напрягся кончик. Дядя Миша молча шагал чуть сзади, - он наверняка прикидывал, как лучше всего начать дрессировать мальчишку.

    Женькино возбуждение достигло предела, когда впереди показался уже знакомый забор. Теперь не нужно было искать дырок в досках - дядя Миша сам провел паренька через калитку, не забыв запереть ее изнутри. За забором было тихо, листва деревьев неподвижно висела в жарком воздухе.

    Хозяин ввел не дрожащего от волнения Женьку в дом. С веранды он открыл дверь в маленькую комнату, где не было практически никакой мебели, за исключением пары стульев и старенького дивана. дядя Миша завел паренька внутрь.

    - Раздевайся до трусов! - приказал он. - Вещи здесь положи!

    Дядя Миша вышел. Когда через пару минут он вернулся, паренек стоял посреди комнаты, уже в черных сатиновых трусах, сморщившихся спереди от ходьбы, и было видно, как под посеревшей от множества стирок тканью набух и приподнялся кончик.

    - А меня чего, ну... прямо тут будут, да? - спросил Женька .

    - Зачем же здесь? - ухмыльнулся хозяин и приказал:

    - а ну, достань! - показывая пальцем на трусики паренька. Женька послушно вытащил наружу торчащий кончик. дядя Миша провел по нему рукой, потеребил кожицу, потом вдруг схватил его ладонью и, не выпуская, повел паренька за собой.

    Так и дошли до того самого квадратного дома с большим внутренним двором, с чердака которого Женька в прошлый раз наблюдал за "экзекуцией". Теперь ему самому предстояло побывать на месте Шабаева и Срежки. И от этого, по голой спине паренька пробежал озноб - одновременно от страха и от восторга.

    Не выпуская женькин кончик, хозяин открыл широкую дверь. За ней было темно, но свет зажегся сразу, выключатель оказался совсем рядом. дядя Миша задвинул засов и только тогда, отпустив женькин кончик, отпер другую дверцу, малоприметную, с когда-то выведенной на ней надписью "электрощитовая". Там и правда были какие-то штуковины, возможно, имевшие отношение к электричеству; хозяин провел паренька мимо них, в дальний угол. Еще одна дверь, несколько ступенек вниз по лестнице, - и Женька оказался в здоровенном помещении без окон. У порога он замер, разглядывая все, что увидел.

    Здесь все напоминало подземелье средневековой инквизиции. Только вместо закопченных факелами сводов здесь были окрашенные белым потолки, а освещалось все тремя рядами электрических ламп. Сверху, в разных местах свисало множество веревок, на стенах в порядке были развешаны ремни, плети, ошейники; на полу, вдоль стен, - какие-то непонятные приспособления, напоминающие не то станки, не то и вовсе странные сооружения из дерева и металла.

    Валера и Костик, оба совершенно голые, стояли в колодках у противоположной стены. Женька сразу заметил, что ягодицы обоих почти такие же как были у Шабаева или Сережки, - значит, парням тоже досталось неплохо. Увидев незнакомого мальчишку в приспущенных черных трусах, с торчащим кверху кончиком, они удивленно переглянулись.

    - Ну вот, - кивнул им хозяин, - этого мальчика зовут Женя! Сейчас мы будем делать ему больно! Он уже почти приготовился...

    Дядя Миша снял с парней колодки и те не спеша подходили к пареньку. По знаку хозяина Женька окончательно освободился от трусов и его тут же схватили за плечи. он и не думал сопротивляться; только сердце чуть екнуло, когда его потащили куда-то вглубь комнаты.

    - На спину лег! - приказал Валера, подводя Женьку к невысокому, крытому клеенкой столику, - руки по швам!

    Он взял машинку и Женька понял, что сейчас ему точно тек же обстригут волоски над кончиком, как проделали это с Андрюхой и Сережкой. Паренька заставили раздвинуть ноги пошире, машинка зажужжала, и в несколько минут вокруг кончика ничего не осталось. Дело довершила бритва, - теперь женькин кончик был и вовсе как у первоклассника, совершенно чистым. Валера полотенцем убрал с лобка остатки крема и скомандовал:

    - Встать! Пошел за мной!

    Женьке это понравилось. ему никто не задавал никаких вопросов, просто приказывали, что делать, вот и все. Он послушно поднялся на ноги, чувствуя, как приятно холодит воздух лишенный волос лобок, и теперь уже Костик потащил его куда-то. оказалось, недалеко, - в углу комнаты виднелась еще одна дверца.

    Помещение, расположенное за ней, было совсем небольшим. оно снизу доверху сверкало кафелем, у стены стоял обыкновенный унитаз, чуть поодаль - такая же штуковина, на которой только что Женьке выбрили лобок.

    - рачком стал! - велел Костик. Парнишка быстренько взобрался наверх и стал, как сказали, слегка прогнув загорелую спинку и приподняв голову. он ожидал, что сейчас его трахнут, но вместо этого Костик снял с крючка на стене довольно длинный шланг со стеклянным наконечником и повернул кран. Из шланга брызнула тонкая струя воды; подождав, пока она станет достаточно теплой, парень подошел к Же
     
  15. waw

    waw Форумчанин

    drone904 А продолжение?
     
  16. drema

    drema Гость



    Онан 3 не вешайся! Без тебя будет чертовски скучно.
     
  17. Вовик 1

    Вовик 1 Гость

    drone904 На фига засирать топик таким большим текстом? Ведь можно сделать.. как это делают другие.. дать ссылку ...
     
  18. Онан 3

    Онан 3 Гость

    drema
    Вешаться не буду, как впрочем, и хлестать себя резиновой плёткой :) .
    Модератор может смело удалять эту бессмыссленную провокационную тему, а моя задница (как, впрочем, и другие части тела) никогда острой потребности в хлестании резиновой плёткой не испытывали, чего, видимо, не скажешь о том, кто подлейшим образом использовал мой ник для того, чтобы пострадать хернёй и, заодно, подмочить мне репутацию в АО :| .
     
  19. Онан 3
    Конечно не будешь... мы сами приедем отдерем тебя как следует, чтобы паролями не разбрасывался :twisted:
     
  20. Онан 3

    Онан 3 Гость

    Кантрибобрик
    Да не надо - думаю, моё "временное помешательство" всех повеселило, так что, в этом есть свои плюсы, и поэтому хлестать меня не за что (ну, в крайнем случае, можно отхлестать того, кто мой пароль использовал :twisted: :) ).
     

Поделиться этой страницей